– Договорились, госпожа Аральта, – за нас с Тарком ответил я. – Ну прежде всего, здравствуйте. Рад вас видеть, – я уважительно склонил голову, – выглядите просто изумительно, только не сочтите за оскорбление принять комплимент от скромного студиоза.
– Здравствуй, Палаэль, – ответила Аральта, проигнорировав Тарка, – спасибо. Хотя, надо признать, уже сейчас чувствую себя очень уставшей, как будто принимала участие в скачках, причем в качестве лошади.
Я сразу же закашлялся, пытаясь подавить вырывающийся смех.
– Палаэль, тебе плохо? – обеспокоилась Аральта.
– Нет, нет, что вы! Все хорошо. Просто подумал, как повезло бы тому наезднику, у которого была бы столь замечательная лошадь! Я б ему точно позавидовал!
– ПАЛАЭЛЬ! Шутник, значит? – У Аральты глаза загорелись опасным блеском. Рядом замечаю Тарка, цветом лица напоминающего переспелый помидор.
– Прошу меня извинить, госпожа Аральта, – поднял я руки в примирительном жесте, – имел в виду совершенно другое. Просто искренне завидую вашему молодому человеку. Иметь рядом такую прекрасную спутницу жизни! Ему сказочно повезло. Что касается нашего посещения, то меня интересует один-единственный вопрос. Что известно о Рике?
– Ладно, простим тебя, глупого и несмышленого, – заметно смягчилась Аральта, – а насчет Рики… Увы, о ней ничего не известно. Она ведь твоя девушка?
– Да, с ней я пришел на этот злополучный день рождения. Тогда хоть расскажите, как идут ее поиски? Может, какая помощь нужна?
Глаза Аральты вдруг стали грустными. Она поджала губы и промолчала.
– Что-то пошло не так? – догадался я.
– Да, Палаэль. Канцелярия сыска решила не приступать к поиску похищенной студиозки. Они решили найти заказчиков убийц сыновей знатных сановников, которые были с вами. Как мне сказали, император лично одобрил такое решение, как и Высший Совет. Гильдия магов не решилась выступить против высших руководителей империи, хотя и выразила свой протест. Низкородная студиозка никому не нужна…
– Расул, караван практически сформирован, отправка намечается через четыре дня. Сегодня девушку доставят в Налкей, где укроют в одном из наших домов.
– Отлично, Визир, просто отлично. Сегодня с утра был собран Высший Совет империи, который, как и предполагалось, принял решение не вести поиски девчонки. Они рассудили, что пусть этим занимается сам университет. А там, как ты понимаешь, у нас неплохое прикрытие.
– Действительно, Расул, все отлично! Только вот вид у тебя такой, как будто ты не рад этому. Что-то случилось?
– Выяснилось одно обстоятельство, которое может серьезно осложнить нам жизнь. Честно говоря, в свете этого обстоятельства я уже не считаю выбор жертвы магистром столь удачным, как казалось нам ранее…
– Да? И какое же это, как ты выразился, обстоятельство?
– Советник рассказал мне, что на том празднике присутствовал наследник великого князя Леса.
Визир присвистнул.
– Ничего себе! А ведь об этом в городе никому неизвестно, иначе мы бы давно знали. Почему советник раньше молчал?
– Он сам только сегодня, на этом самом Совете, об этом узнал. Скажу даже больше, сам император только сегодня узнал эту новость. Оказывается, князь Палаэль, так зовут этого эльфа, является студиозом Университета магии!
– Получается, наш магистр тоже об этом ничего не знал.
– Да, Визир, получается, не знал. Ты, наверное, спросишь, как это нам мешает?
– Ты совершенно прав, Расул, спрошу. В который раз поражаюсь твоей проницательности. – В голосе Визира сквозил неприкрытый сарказм.
– Вот теперь присядь, чтобы не упасть. Эта девчонка, которую мы прихватили, явилась на мероприятие в качестве спутницы князя Палаэля! Она его девушка!
– Да чтоб тебя… – грязно выругался Визир.
– Вижу, ты понимаешь, что это значит.
– Конечно! Этот князек, даю руку на отсечение, если это не так, почувствовал себя безмерно оскорбленным тем фактом, что его девушку кто-то посмел похитить, хотя она ему, скорее всего, не нужна. Так… Поразвлекаться на несколько вечеров… Сейчас же он весь Лес на уши поставит, вопя о нанесенной обиде. В итоге получаем, что девчонку будут искать всем Лесом.
– Не всем, я надеюсь, – пробормотал Расул, – но то, что искать будут, это факт. Причем со всем рвением.
– Ну и что теперь делать? Не отдавать же ее в конце-то концов!
