Ошарашенный прямотой внезапного вопроса, Игнат осекся на полуслове. Он замолчал тотчас. Он ничего не ответил, он отвел взгляд в сторону. И в тот вечер он больше ничего не рассказывал.
Это случилось точь-в-точь, как тогда в раннем отрочестве после хоккейных побед, случилось в родном школьном "пазике". После грубоватого учительского "мо-оже..." -- эйфория мгновенно рассеялась, в одно мгновение все встало на свои места.
Детские мечты. Мечты и реальность.
Романтика... Какая к черту романтика?
Открытия... Какие к черту открытия?
Он шалопай, сачок, двоечник, он "человек безалаберный"... Он борется не на жизнь, а на смерть со свихнувшейся ведьмой за ее жалкую закорючку.
Вот! --- что такое его блистательная победа без восторгов взахлеб. Он покинул родной поселок на гребне, а оказался на дне, откуда далее путь только в пропасть.
2
Воздействие
Физическое тело после прекращения воздействия других тел движется свободно, по инерции. Для изменения в его движении необходимо внешнее воздействие, иначе говоря внешний толчок.
* * *
Вырвавшись и "победив", Игнат оказался как бы в свободном полете, по крайней мере, на время каникул. Ведь каникулы они для того и предназначены, чтобы забыться, вздохнуть свободно, отвлечься всецело от такого волнительного знакового события, каким является в жизни студента каждая сессия.
По дороге в родной поселок Игнат не думал о будущем вовсе. Ведь он уже ощутил себя мысленно в адовой пропасти, пережил в одночасье катастрофические последствия, и вдруг нежданное молниеносное освобождение! Именно, именно это сейчас было настоящее, и это надо было пережить сполна, этим необходимо было насладиться всецело.
Дальше? А дальше посмотрим.
Тем более, что впереди каких-то дремучих завалов не предвиделось. Последний зависший экзамен? -- но это мелочь, Валентин Дмитриевич дяденька свойский, холява полнейшая. Трояк здесь верный, а больше и на фиг, коль уж стипендия плакала... А до следующей сессии еще целых полгода.
Такова была на тот момент текущая цепь рассуждений главного героя романа. Итак, со всей очевидностью его "свободный полет" продолжился бы и далее, продолжился как по инерции, непредсказуемо. Но уже в первый день каникул... В первый же день каникул состоялся тот самый вечерний субботний разговор.
И это было воздействие. Воздействие прямое, жесткое.
То воздействие именно, что не просто изменило слегка дальнейшее направление движения, оно перевернуло кардинально. Ошарашенный прямотой внезапного вопроса, Игнат осекся на полуслове, и в тот вечер больше ничего не рассказывал. Реальность по ту сторону победных восторгов охватила мгновенно, с предельной конкретностью перед выбором.
Итак, болтанка на дне, полеты над пропастью или... Что-то осязаемо поднялось внутри и неотвратимо определило дальнейшее.
Игнат размышлял вечер и ночь, и к утру твердо знал, что делать.
* * *
Через пару недель он уедет опять. Вернется туда за барьер, но он вернется другим. Вовсе не прежний полусельский мальчишка будет растерянно взглядывать, потерявши голову, в ошеломляющей новизне жизненной "рощицы". Он приедет в эту рощицу вновь, но уже осмотревшись, обжившись, набив синяки, зная не понаслышке, каковы здесь законы.
И он теперь знает, чем взять, и с чего начинать.
Но знать одно, а сделать совершенно другое. И потому Игнат больше ничего не говорил в тот вечер.
3
Твои годы
В мире Материальном действуют строгие законы, и нас совершенно не удивляет,что это так.
Но почему законы? Ведь мог быть и хаос. Или... ничего. Но Мир существует, и существует на строгих законах.
Почему законы эти именно такие, как есть? Ведь могли быть и другими, на другой основе, на неких других принципах.
Почему нет? И таких основ и принципов можно было "придумать" бесконечное множество... Почему нет?
Мы об этом не задумываемся, потому что эти законы видим и ощущаем с первых мгновений. Они "наши" родные изначально. Они таковы были и есть, и предполагать о других... зачем?
Зачем?
Ведь даже эти законы непостижимы до абсолюта в своем ускользающем неуловимом многообразии. Стремись, постигай абсолюты извечно, извечно дерзай и твори.
Теперь о Мире прозрачном, о Мире особом, в котором незримо присутствует дух.
Ты видишь здесь хаос? Мол, были и будем, коль солнышко светит, живи полюбому из "грязи да в грязь"... Но вот твои годы, вглядись и прислушайся.
Прощупай мгновенья, тогда говори.
ГЛАВА ПЕРВАЯ
ГАРМОНИЯ С МИРОМ
Говорить о судьбе как о конкретной реальности сложнее всего в годы юные, поскольку грядущее еще впереди. И что есть судьба? -- это, по сути, некие каноны, четко обозначенные границы и рамки по жизни, ну а к чему нам границы и рамки в весенние юные дни?
Ведь даже помыслить тоскливо, что связан хоть как-то, когда кровь молода, кровь бурлит и ликует, кровь зовет на высоты, дерзай! Силы хлещут, волнуют, силы бьют через край, мы готовы объять времена и пространства, мы готовы поспорить и с Богом, и с чертом, и кто там еще. Нам не нужен никто, кровь и силы зовут на победы, мы мечтаем, надеемся, верим, потому что мы верим в себя.
