-- На прикидках был запас, ну и сработало, нормалюк получилось в реальности, по высшему баллу проехал. А на истории! -- братцы мои, такая холява. Открываю билетик, а там Великая Октябрьская, ее роль во всемирной истории и т.д. Так и без подготовки мог запросто, мог без проблем отстреляться. Как на зубок отскочило, ведь с первого класса и слышишь, и видишь в кино, а сколько в книжках читаешь!
Дальше едем, второй вопрос. Сталинградская битва. Считай, тот же случай, ребята! Снова, скажу вам, одних только книжек немеряно читано, а сколько фильмов смотрел. Сталинград. Начало коренного перелома, котел-окружение, триста тысяч фрицев в плен плюс сам фельдмаршал Паулюс. Короче, и здесь размахнулся на славу, и здесь бы по высшему баллу железно проехал, да вот только на дополнительных сбавил, немножко подвис. Бальчик, понятно, скостили, но и четыре мне, в принципе --- то, доктор в рецепт прописал!
В этом месте на сияющее, словно отполированное нежданной удачей лицо рассказчика легкой сетью морщин неизменно ложился гнетущий оттенок тревоги:
-- Сочинение осталось. Одно сочинение, последний экзамен... какой экзамен! А я ведь, честно признаюсь, братцы, на историю налегал круто, а литературу... так. Если честно по правде сказать, одно картинки и глянул. Ай, думаю, все равно, что толку за двумя зайцами гнаться, сказано было, коль не наелся, так не налижешься досыта... Где там охватишь все образы по хрестоматии, и не сосчитать, но ведь должна быть свободная тема! Вот здесь я и сделал единственно ставку, здесь оставалась надежда моя. Сочиню ж, думаю, за целых полдня хоть что-нибудь.
Только сижу-сижу я в аудитории... Минутки бегут одна за одной, да одна за другой, а письменный лист он как был, так и есть, что снежок белый. Бегут-бегут минутки дальше, мелькаают до ужаса шустренько, и вот так беспросветных потугах еще уйма времени проходит.
"Приплыл ты, Витька, приплыл и с концами!" -- одна, одна только мысль в голове мельтешит, и голый ноль по теме. Пусто-пусто внутри, как в домино той костяшке. И за спиной слышу голос на вздохе, явно мой случай: "Наверно, я погиб!" -- словно мысли мои, как по книжке читают.
А сколько надежд уже было!
Сколько поднялось их, братцы. Ведь начало случилось такое, как только мечтал, как в чудных снах может только приснится. Не провали лишь теперь, за троячок зацепись ? и ура, и привет, пальцы вверх и качайте студента.
И так мне уж стало... как вдруг -- гениальная идея!
Поднимаю руку.
-- Что у вас?
-- Парта... краска липнется.
(А у них и правда, ремонт недавно был).
-- Та-ак...
-- Газетку можно подстелить?
-- Пожалуйста.
Расстелил я быстренько "Правду", гляжу по верхам. Мама моя, а передовица-то... в тему!
И тут, как сошло на меня, будто вылилось, ведь после не верил, что сам и писал. А главное --- слова! Слова-то они, тут как тут под рукой, глянул, и смело катай. А закончил я...
И в этом месте рассказа у Витьки была всегда пауза, обязательно была торжествующая усмешка. Но теперь он улыбался так, как улыбался совсем недавно, рассказывая Игнату о своих самых удачных школьных "импровизациях".
-- А закончил я так: "Спасибо партии и Леониду Ильичу Брежневу за наше счастливое детство!"
И почему-то казалось, что решающая "гениальная идея" снизошла к нему именно в самом конце.
-- Назавтра бегу в приемную, гляжу списки. Четыре балла!
3
Лариса-Горлопан
Главным начальством в ДК была девушка высокая, стройная, рыжеволосая пышно, с большими синими глазами. Она была круглолица, румяна, и уж по-женски "в теле", хоть было ей тогда лишь немногим за двадцать. Всегда казалось, будто она чем-то недовольна, а ее верхняя пухленькая губка имела какой-то оригинальный заносчивый выгиб на подобие того, когда хочется сказать "фе!" -- или что-нибудь вроде этого.
Сразу по приезду в поселок она с энтузиазмом молодого специалиста попыталась организовать здесь театральный кружок, вроде того, что был в ее родном институте, и который в мечтах наверняка превращался в народный театр. Вывесила даже написанную от руки пригласительную афишку на специально предназначенной для этого поселковой доске объявлений ? доска эта внешне представляла собой небольшую дощатую бочку, крашеную в синий цвет, воздетую на короткий толстый шест и вкопанную на Пьяном углу.
-- Хорош те, Микола, чернило жрать, рви в артисты! .
-- Артистов тут и без меня велька, вон Петро один чего стоит. Вчера целую ночь перед женкой концерты откалывал.
-- Зато там и медаль тебе скоро дадуть. На пинжак пришпилишь, головный артист середь нас тода будешь! --- на целую неделю хватило шуток и смеха у развеселой постоянки Пьяного.
