— Смотри, раз протоптался, снег под гусеницами уплотнился, а рядом такой же мягкий остался. Что будет, если ты с этого такыра съедешь одной стороной?
— Ну-у, эта сторона провязнет, развернет в лучшем случае, или на бок завалишься.
— Вот именно. А как держать дорогу, если следы заметает за полчаса? Визуальных ориентиров-то никаких. А выставлять вершки, как по болотам на Земле, слишком дорого. Вот и приходится каждый раз новую тропу топтать.
— Ну что, когда доедем? — в кабину прошел отец и устроился на боковом откидном сиденье за водителем, прихлебывая чай из кружки.
— Если пойдем с той же скоростью — часа через два, но, думаю, пораньше. Сейчас лес кончится, и можно будет прибавить скорости. Но подъезжать все равно с фонарями будем. Почти стемнело уже.
— Мы сидели и смотрели на дорогу, за окнами падал снег и сгущались сумерки, становясь все более непроглядными. Дядя Яков щелкнул переключателем и включил свет.
Снежинки медленно падали с неба, но, попав в лучи прожекторов, стремительно меняли свое направление и бросались на стекло. Понятно, что это иллюзия восприятия, вызванная нашим движением, но выглядело все равно завораживающе.
Решив не маять глаза, я вернулся обратно на свое сиденье, работать с текстом не хотелось, откинув сиденье, я задремал.
Неожиданно на одном из боковых экранов показался значок входящего вызова, Яков нажал «принять». Появилось окно с кабинетом начальника службы безопасности и он сам, сидящий за столом. На фоне слышно было несколько людей, переговаривающихся в полголоса.
— Здравствуй, Яков Василич. Костя далеко?
— И тебе здравствовать, Николай Степанович. Сейчас позову.
— Костя, тебя начальство зовет, — прикрикнул он в сторону открытой двери. Этой же минутой подошел Брюс и устроился во втором кресле. Переведя звонок на свой основной экран, он представился по форме.
— Старший лейтенант Брюс на связи, товарищ полковник.
— Костя, 7 минут назад «погасли» два браслета на объекте три. Ваша прогулка перестала быть развлечением. Погибли люди. Судя по показаниям — отравление. Ускорьтесь по возможности. Что-то у них явно идет не так.
— Так точно, товарищ полковник. Кто именно погиб и что с остальными?
— Семенов и Вышневецкий. Операторы добывающей и перерабатывающей установки. Их тела остались в шахте, автоматика не пускает спасателей к ним. Остальные пятеро целы. Но, сам понимаешь, их состояние далеко от нормы. Костя, нам нужна информация, что с ними произошло и с чем они столкнулись. Группа тебе в помощь уже собирается, но синоптики чего-то мурзятся. Обещают снежную бурю, так что надежда больше на тебя. Разберись и вытащи людей. Что-то слишком много непонятного творится там в последнее время. Костя, в первую очередь сохрани людей. Если не сможешь разобраться сходу, забирай всех и увози. Потом разберемся.
— Так точно. Николай Степанович, что еще известно?
— Почти все я уже рассказал. По логам системы, Вышневецкий спустился в шахту, как обычно, перезапустил комплекс, через полчаса просело обогащение, он спускается к добывающей части. В его медпоказателях скачок, видимо, обнаружил что-то, вызывает Семенова, тот спускается к нему со своего поста. Комплекс запускается на 3 минуты, и они умирают. Если напоролись на газовый карман, почему их автоматика не предупредила, опять-таки, при проведении работ в шахте они должны быть в скафах. И еще, датчики состава атмосферы в шахте ничего не показывают. Вообще. Все записи отключены около недели назад, до этого почти сплошь сообщения об отказах и помехах. Видимо, эти двое устали их ремонтировать и заменять, вот и отключили, за что и поплатились. Но при отключенных датчиках без скафов двери не откроются вообще. Произошло что-то неоднозначное. Выясни, что произошло. Сейчас собираем комиссию по расследованию, будем искать проблему. Сначала выясни, что с людьми. Они должны быть в безопасности.
— Николай Степанович, с нами гражданский.
— То, что Рогов сына взял, я знаю. Неприятно, конечно, но не проблема. Вроде, мозги есть, должен сообразить, что игры кончились. Может, баб на себя отвлечет. Можешь его задействовать в работе, подписку напишет. Постарайся, чтоб особой чернухи не видел. Действуй, все, что у нас есть, я тебе переслал. Сколько вам еще добираться?
— Около двух часов.
— Принято, пока поработай с документами. Конец связи.
— Конец связи.
Звонок завершился. Брюс повернул Василичу враз посуровевшее лицо с появившейся складкой между бровей. Ответный взгляд был не менее хмурым.
— Миш, зайди к нам.
— Чего случилось?
— На объекте двое погибших.
— Черт. Зря Макса взял, рано ему в такое влипать. Как это произошло?
— Смотри сам, может, увидишь, чего наши спецы пропустили.
Брюс и Михаил погрузились в документы с головой.
— Ну что, нашел что-нибудь?