- Так, если брать период с рыцарями, то производство кустарное и мелкосерийное. Без какой-либо стандартизации. В науке идет период сбора информации о окружающем мире. А лампа с пневматической подачей топлива, испарителем и калильной сеткой - это продукт другой технологической ступени, когда наука уже имеет достаточно большой набор известных законов и статистики. И совместить их можно если эти законы кому-либо известны. Монастыри и гномы, - проговорил я цепочку размышлений.
- Да, система внешнего контроля. Искин, даже самый современный нуждается во внешних эффекторах, промежуточной системе. Ими как раз могут быть монастыри. Тут тебе и корректировка политического курса и хранилище технологий, - пояснил он, - А к какому результату приведет появление монастырей в твоем рассказе?
- Прямые — дозирование информации, гонения на инакомыслящих, замедление общего прогресса науки, - поразмыслив предположил я, - Правильно?
- Ну не знаю, это же твой рассказ, - с подчеркнуто серьезным лицом сказал он, но рассмеялся, - Скорее всего. Но если во главе культа стоит бессмертный искин это будет означать неизменность политики. Следовательно постоянное развитие техники и отсутствие массовых войн, репрессий и инквизиции. И раз эта экспедиция была отправлена именно в таком составе, значит этого достаточно.
- Но сказка не перестает быть страшной, - сказал я.
- Не без этого, - согласился он, - Но в целом градус жути понизился. Например можно удержать уровень медицины на безопасном уровне. Одна гигиена и родовспоможение даст тебе прирост населения в половину, за счет низкой детской смертности. А к чему это ведет?
- Ну, - я задумался, - больший прирост населения создаст демографическое давление. Перестанет хватать освоенных территорий для ведения хозяйства, и, как результат, войны за территории и ресурсы.
- Не забывай о внешнем контроле, - подсказал отец.
- Тогда большая скорость экспансии, - решил я, - правильно?
- А я откуда знаю? Это же твой рассказ, - отозвался отец с усмешкой.
- Вот ты... - я встал и прошелся по комнате, - То есть ты предлагаешь делать как делается и только будешь заставлять меня думать над каждым своим и чужим действием?
- Да, - согласился он, - Вот только от таких дум волосы седеть начинают.
- Опять издеваешься? - спросил я.
- Немного. Иногда люди совершают очень странные поступки. И хорошо если просто странные, - он замолчал и лицо его стало грустным, -Знаешь когда мне пришлось повзрослеть?
- Нет, - я заинтересовался и сел рядом с ним.
- Мне было побольше твоего возраста. «Инцидент «Лужок» - как зло шутили некоторые идиоты, не пожелавшие узнать, что там было на самом деле.
В молодости я как и любой мальчишка грезил космосом, далекими походами, неизведанными планетами. Поэтому поступление на энергетика корабельных установок было, в общем-то закономерным результатом. Практика в патруле, исследование астероидного поля. Мда. Я был молод и глуп, - он замолчал и после паузы продолжил, - На очередной петле патрулирования наш кораблик поймал сигнал от чужака. «Крейсер «Зеленые холмы Земли» передает сигнал о помощи». Поначалу его даже во внимание никто не принял всерьез. Посчитали очередной проверкой, нас, стажеров, все время гоняли по каким-то тревогам. Боцман вообще был тот еще выдумщик. Мы все были уверены что это очередная проверка. Вот и действовали без напряжения. «А что такого», «Очередная тренировка», ну и прочая чушь. Мы ошибались.
Никто не знает из каких глубин вынесло тот астероид, с разбившимся об него крейсером, да и я не захотел узнавать. Наша беда была в том, что на том обломке оставались рабочие орудия и не до конца сдохшая автоматика. Астероид медленно вращался, поэтому к нему отправился малый шаттл с частью экипажа и стажерами, что еще больше успокоило и убедило нас что все идет как и должно быть на спланированной тренировке.
Вот чего мы не знали, что не получившие ответ от системы «свой-чужой» торпедные аппараты встали на боевой взвод и когда линия прицеливания совместилась с нашим базовым кораблем система даст залп.
Патрульного практически перебило пополам. Жилые отсеки, ангары, хранилища. Там все исчезло в огне. От разгерметизации погибли те, кто был в коридорах. Остались в живых только те, кто был или в каютах, или в скафандрах. Да и первых это не надолго спасло. Запертые в коробках они замолкали один за другим. Пока мы пробивались через искореженный металл время уходило. Встроенные СЖО кают срабатывали свой ресурс. Спасти удалось лишь нескольких человек, которые были ближе к проломам. Мы не успевали.
- А потом, - я прижался к нему и он меня обнял.