В то же время тяжеловооруженные греческие гейтары не позволили обойти фаланги с флангов и тыла, самых уязвимых мест ударных частей македонян.
Но у меня как пытливого читателя есть вопрос: как могли гейтары отбить натиск скифской конницы, если македоняне не знали седла. Представим себе картину: всадники без седел, на чужой территории и скифы, в своей стихии. Нам говорят: в рядах скифов почему-то на этот раз не было их тяжелой конницы – катафактарии. Возможно, их специально попридержали для того, чтобы скифы смогли применить свою самую излюбленную тактику – беспорядочное отступление. Этим приемом обычно заставляли противника растянуть войска и оторвать их от баз снабжения. Но, пишут античные авторы, Александр, легко разгадав замысел степняков, впервые за время своих походов отдал приказ отступить. Но не могли они честно написать: ПОБЕЖАЛ АЛЕКСАНДР. ОН ПРОСТО ПОВТОРИЛ ТОТ ЖЕ МАНЕВР, КОТОРЫЙ ДО НЕГО ДЕЛАЛ ДАРИЙ, А ПОЗЖЕ НАПОЛЕОН.
После отхода войск Александра, саки (скифы) перешли к привычному для себя способу ведения войны. Они внезапно нападали с флангов, обстреливая из луков и, опять же, притворно обращались в бегство. Честно говоря очень удивлен, что Александр, скромно приписал себе всего несколько побед. А ведь мог каждое такое отступление «в блокнотике отмечать» как грандиозную победу над «варварами».
Кстати, древние источники все же правдиво сообщают что, сакам (скифам) все же удалось заманить часть македонской пехоты в засаду, отсечь от конницы и, загнав на островок, перебить всех до одного.
Всем же ясно, что греческие гоплиты без прикрытия с флангов всадниками были абсолютно беззащитны перед конницей скифов. Конные воины врывались в стройные ряды фалангистов, где длинные сариссы последних превращались из грозного оружия в бесполезные палки и не могли их защитить. В результате, лишенные маневренности пехотинцы, просто падали замертво от ударов коротких скифских мечей-акинаков.
Александру Македонскому, (по его же собственным словам, записанным придворными писарями), позже дважды удалось навязать сакской коннице крупные сражения и вдребезги ее разбить. Партизанская стратегия саков (скифов) свела все его усилия на нет. Внимательный читатель может поймать себя на мысли: АЛЕКСАНДРУ ПРОСТО ПРИПИСАЛИ (ИЛИ ОН САМ СЕБЕ ПРИПИСАЛ), ПОБЕДУ НАД СКИФАМИ. ПРЕДПОЛОЖИМ, ПО ОПИСАНИЮ, ОН ВЕРНУЛСЯ ИЗ СКИФИИ КАК ГОВОРИТСЯ НЕ СОЛОНО ХЛЕБАВШИ, С ОСТАТКАМИ ВОЙСКА.
Однако и сама фаланга македонян берет свое начало на территории современной России. И здесь мы перейдем к рассмотрению такого явления как Сейминско-турбинская культура.
Мастера бронзового века широко использовали давно знакомое сырье-кости и рога. Детали древнейших лат из рога в виде длинных и узких пластин, снабжённых вдоль продольных сторон отверстиями и иногда украшенных бороздками, найдены в 1965 году у села Ростовка близ Омска. Пластины панцирей скреплялись между собой при помощи ремней и шнуров, пропущенных сквозь отверстия по всему периметру. При таком плетении удавалось обходиться без матерчатой или кожаной основы. Роговые и костяные изделия обладали очень высокими защитными свойствами, немногим уступая изделиям из металла.
Неуязвимость такого рода защиты привела к необходимости совместных действий воинов. Таким образом, появилась на свет «сибирская фаланга», как назвал её известный ученый П. М. Кожин. По его мнению, она состояла из не менее трёх линий, каждая из которых выполняла на поле брани свою боевую задачу. Воины первого ряда копьями с крюками цепляли доспехи и пропарывали швы костяных и кожаных лат, второй ряд фехтовальными копьями наносил удары, третий своими пиками, «разделяя движущиеся друг за другом шеренги противника», сдерживал напор вооруженной вражеской толпы.
Под фалангой обычно понимается боевой порядок, состоящий из нескольких следующих друг за другом шеренг. Это не совсем так. В бою основной удар принимали на себя воины первой линии. И когда один из них падал, его место занимал идущий следом. Поэтому настоящая фаланга состояла не из сомкнутых шеренг, а из множества коротких колонн, где люди стояли друг за другом. Эти колонны выстраивались в длинную фронтальную цепь. Каждое из таких подразделений было самостоятельной военной единицей с определённым числом воинов и своим собственным командиром. Глубина построения фаланги определялась количеством людей, её составляющих. Именно такое устройство позволяло древним армиям из походного положения (как правило, маршевой колонны) быстро разворачиваться в боевое. Для этого подразделения, начиная со второго, делали «ход конём» как бы обтекая передние отряды. Это движение бы хорошо отрепетировано. Поскольку же подразделения по численности были одинаковыми, то создавалось впечатление, что наступают плотно сомкнутые шеренги следующие одна за другой.
