— Думаешь, она не в обиде на меня? Я даже толком ничего не помню. Ты все сделал за меня, а я не поблагодарила тебя, — она улыбнулась, поглаживая его по голове, и он зарылся в ее ладошку, целуя.
— Тебе и не надо. Я мужчина и по факту обязан заботиться обо всем. О тебе. О Маргарите Павловне. Я ей слово дал. Тогда, в больнице. И не сдержал его. Я чуть не потерял тебя, — он утыкается в ее шею и сильно сжимает, отчего Лиля едва не задыхается.
— Дамир, пусти.
Он разжимает объятия и пристально вглядывается в ее лицо.
— Снова тошнит?
— Нет. Пока нет. Меня совсем не тошнило, пока я не увидела тебя в кафе, — улыбнулась она и тут же стала серьезной. — А какой у нас срок? Я не помню, что по этому поводу сказал врач.
— Три месяца.
— Значит той ночью, — она замолчала, и он вспомнил, как они прощались.
Как он просил прощения и умолял его простить, но она молчала, и он сорвался, набросившись на нее. Зацеловывал каждую впадинку, каждую родинку на ее теле, пока она не сдалась и не отдалась.
— Малыш, — прошептал он, целуя в живот и ловя ее слабую улыбку. — Итог нашей любви. Спасибо тебе, девочка моя.
— Дамир? — позвала она, и он поднял глаза. — И тебе спасибо, за все.
— Завтракать хочешь? — спрашивает он, пытаясь отвлечь ее, потому что глаза снова на мокром месте.
— Хочу, но меня клонит в сон, — шепчет она, вытирая слезы и зевая.
— Спи. Я присмотрю за вами.
Она улыбнулась и, сжав его ладонь в своей руке, прижала к груди, вместо мягкой игрушки.
— Проснемся и поедем к бабушке Рите, — улыбнулась она, поглаживая живот свободной рукой. — Она должна увидеть нас.
— Обязательно невеличка.
Она снова зевнула и быстро уснула, а он так и смотрел на нее, поглаживая живот и целуя мокрые щеки.
Его девочки. Он почему-то не сомневался в том, что будет девочка. Такая же красивая и нежная. А может она пойдет характером в отца и станет бойкой и решительной. Кто знает, что уготовила им жизнь? Главное, чтобы они были здоровы и счастливы. А за остальным он присмотрит.
Слезая с кровати, он вытаскивает руку и улыбается, когда она сжимает вместо нее его подушку и уходит в душ. Он ненадолго спускается вниз, чтобы отдать распоряжение насчет завтрака и возвращается назад, заставая свою мать у их двери.
— Доброе утро мама. Что-то хочешь?
— Доброе утро сынок, хотела узнать, проснулся ли ты?
— Лиля еще спит, поэтому не стоит ходить здесь. Как только она проснется, мы спустимся. Извини, не хочу оставлять ее одну, даже на пять минут.
— Я хотела поговорить, — начала она, но он прервал ее, уходя в свою комнату и закрывая дверь.
Она поджимает губы и спускается вниз, решая дождаться их и снова поговорить. Мадина сидит на диване бледная как смерть и ее это тревожит, но она не подает вида, что свадьбы не будет.
— Что-то случилось Мадиночка?
— Дамир сказал, что свадьбы не будет. К тому же, она беременна⁉
— Еще неизвестно от кого она беременна. Не волнуйся зря девочка. Я все решу. Я же обещала тебе.
— Но Фарида Зариповна, если Дамир узнает…
— Не узнает. В этот раз я все сделаю правильно, — с этими словами Фарида Зариповна встала и ушла на кухню, отдать приказ, чтобы накрывали к завтраку.
Лиля проснулась к обеду, видимо последние месяцы совсем выбили у нее почву из-под ног. Но в объятиях Дамира, все снова начало налаживаться. И она спала сном младенца. Крепко и сладко. Чего не было уже очень давно.
Может, поэтому ее анализы были такими плохими? Лиля помнила о том, что им нужно будет приехать на следующей неделе и снова сдать их. Дамир был расстроен и немного зол, когда врач сообщал, что если анализы не изменятся, ее положат на сохранение.
Поэтому с утра, как только у них состоялся разговор о бабушке, и ее плотину чувств, прорвало, она вновь уснула, чувствуя защиту в руках своего мужчины. Она сладко потянулась, замечая, что в постели она одна и тут же резко садясь на кровати.
— Дамир?
— Лиля? — он выглянул из ванны, и она слабо улыбнулась, тут же опускаясь на подушки. — Что случилось? Плохой сон?
— Думала, что ты мне приснился, и испугалась, что все это не по-настоящему.
— Оставь все страхи в прошлом. Я понимаю, как тебе трудно, но поверь, чем быстрее ты придешь в себя, тем легче тебе будет. К тому же, если хочешь знать, я ни на минуту не терял тебя с того момента, как отпустил. Я следил за тобой. Если не получалось, следили парни.
— Правда?
— Правда. Я слишком сильно люблю тебя, чтобы отпустить.
— Но ты отпустил.
— Потому что чувствовал вину в том, что ты оказалась в больнице.
— Ты не виноват, — слабо улыбнулась Лиля, кладя руку на живот и закрывая глаза. — Ты ни в чем не виноват.
— С тобой больше ничего не случится, — заверяет он, приближаясь к постели и усаживаясь рядом с ней. — Я позабочусь о вас. А сейчас тебе необходимо встать, умыться и спуститься к завтраку, потому что после него у нас будет поездка в свадебный салон.
— Что? Дамир ты…
— Не спорь Лиля, в этот раз все будет так, как я скажу, — бросает он грубо и тут же целует ее в губы, чтобы извиниться. — Я больше не стану слушать твоих отмазок, невеличка. Уже слышал. Я хочу жениться на тебе и точка.
— Но Дамир, твои родители…
