Новотный появился на Юпитере одновременно с Ромашиным, они были из одной партии морфов, то есть прошли обращение в одно время и в одном месте. А значит, были знакомы достаточно близко. При этом, как указывают те же свидетели, неприязнь друг к другу у них проявилась далеко не сразу. Они попали в одну команду и около года работали бок о бок, пока Новотный не пошел на повышение. Здесь их приятельским отношениям пришел конец, и по инициативе именно Франтишека, ставшего вмиг высокомерным и нетерпимым. Между ними начались постоянные ссоры и разборки. Ромашин считал, что именно он должен был стать управляющим, и на его сторону встали все работники мастерских, но вышестоящее руководство решило вопрос не в его пользу. Все последующие годы конфликт медленно тлел, пока за неделю до гибели Ромашина не вспыхнул с новой силой. Свидетели утверждали, что причиной стало новое оборудование, присланное с Марса, доступ к которому был закрыт приказом Новотного по невыясненным до сих пор причинам. Между Ромашиным и управляющим даже случилась безобразная драка на глазах у всей смены, но ее быстро замяли по распоряжению самого Новотного.
Чем не мотив? Все прекрасно складывается: конфликт переходит в горячую фазу, начальник унижен на глазах подчиненных и подстраивает несчастный случай, но в отместку убит сам… Прекрасно и очевидно. И тогда остальные эпизоды можно списать на обычные случайности. И будь у меня немного меньше опыта, на этом бы я и закончил. Закрыв папку с делами, я посмотрел на висящие в поле зрения часы и связался с Войцехом.
– Не отвлекаю? Нужно, чтобы ты снова наведался в мастерскую и поговорил с рабочими. А я пока слетаю, пообщаюсь с учеными.
Сорок лет назад
– Нет, ноги его в моем доме не будет!– отец бьет кулаком по столу. Сегодня он снова пьян. – А если узнаю, что ты с ним опять встречалась…
Он трясет огромным кулаком у матери перед лицом, та отшатывается, вскинув руки. Мальчик сидит на диване и старается стать невидимым. Отец пришел с работы и узнал, что к ним снова заходил его брат, но что в этом такого? Дядя – веселый человек, мама с ним всегда веселая, смеется и не выглядит грустной, как всегда когда возвращается отец. И так уже почти год, а мальчик каждый раз все сильнее хочет, чтобы это все прекратилось.
–Послушай, – мать пытается сделать голос более уверенным, но все равно слышно, как она боится. – Послушай, это твой брат, и он имеет такое же отношение к нашей семье, как и родители. И я думаю, что…
– Много думаешь! – отец нависает над ней, тяжело дыша, но вдруг отступает, становясь как будто меньше. Он отступает спиной, пока под колени ему не попадает край дивана, и тяжело падает в него. – И давно это у вас?
– Что? Ты о чем? – мать под его взглядом вскидывает голову, голос предательски дрожит. –Если ты там себе что-то придумал…
Мальчик почти слился с обивкой дивана. Отец тяжелый, как черная дыра, и такой же мрачный, мальчика словно притягивает к нему неодолимая гравитация. Мать – как еще один массивный объект, она тоже притягивает, но сейчас не так сильно. Мальчик еще не знает всех этих терминов и взаимосвязи, но он это чувствует. Обняв отца, готового взорваться, он кричит, стараясь преодолеть все увеличивающееся расстояние между объектами, еще недавно бывшими матерью и отцом, а теперь замкнувшимися в коконах собственных горизонтов событий.
Мальчик еще не знает, но все чувствует.
***
Челнок прибыл с небольшим опозданием. Помещение, в котором я его дожидался, оказалось почти идентичной копией того, через которое я попал на станцию, разве что рисунок трещин и облупившейся краски был другим. Спустившись в салон, я осмотрелся. В отличие от атмосферников, этот был рассчитан на долгие полеты в системе Юпитера, так что его внутренности предполагали чуть больший уют. Круговой диван мог раскладываться и был оснащен креплениями для удобства полета при нулевой силе тяжести, в стенах располагались холодильники и боксы с обедами, предназначенными для невесомости, здесь была даже отгорожена отдельная туалетная кабина. Пока челнок готовился к отправлению, я открыл один из боксов. Старомодные тюбики, практичнее которых пока ничего не придумали, вода в эластичных пакетах, даже алкоголь, клапаны на пакетах с которым были защищены кодом, переводящим в местную платежную систему. Мой полицейский код не сработал.
