Это я подсказала Аринке те Лелины слова, что она сказала Йалу. Я боялась, что после поступка Сергея, она отдалится и от всех остальных, даже от своей новой подруги. Его вынудили так поступить достаточно подлыми средствами, но все же у него был выбор. И выбрал он совсем не Йалу. Я знала, что для этого судьба и привела ее сюда, чтобы она на себе познала и дружбу, и предательство, чтобы поняла, что часто люди руководствуются в своих поступках совсем не моралью, но и чтобы она смогла научиться любить и прощать. И все же, как мне хотелось смягчить для нее все эти удары! Я боялась за нее, за то, что она могла совершить, если не справится со своими чувствами. Вот только справляться с этим она должна была сама, одна, без чьей-либо помощи.
За ней наблюдали многие, не только я. Хсо знал все, что с ней происходит, но точно так же не вмешивался. Наблюдали за ней и родители, которые были совсем близко. А теперь еще прибавился и Валентин. Этот мечтал о сенсации, которую создаст он. Громкое имя и деньги.
Йалу знала только о нем. И сейчас она совершенно запуталась и не знала, как ей дальше поступать. Леля и Аринка — те, кому она доверяла безоглядно, — казались ей единственными, кто мог понять ее, но даже они не могли помочь. Она из последних сил удерживала контроль над самой собой, и сил этих оставалось все меньше. Слишком много пламени было в ее душе, и она боялась, как бы оно не превратилось в костер.
ЛЁЛЯ
Что-то случилось. Я поняла это, как только открыла дверь. Вопросительно взглянула на подругу, но Аринка только слегка покачала головой и указала глазами на Йалу. Я повернулась к ней и протянула ей руки. И Йалу вдруг подбежала ко мне, уткнулась мне в плечо и расплакалась. Я изумленно посмотрела на Аринку и увидела отражение своего взгляда в ее глазах. Только один раз я видела слезы Йалу. Когда исчез Терс. Что же случилось сейчас, чтобы вызвать эти слезы? Я обняла девочку, чуть прижала ее к себе и медленно повела ее в комнату.
Мы сидели на диване, я гладила волосы Йалу и говорила какие-то успокаивающие слова. И она начала понемногу затихать. А всхлипнув последний раз, вдруг подскочила и с улыбкой посмотрела на меня.
— Он меня толкнул!
Я положила руку на живот и тоже улыбнулась:
— Он хочет тебя утешить.
Йалу снова села рядом и легко коснулась моего живота.
— Спасибо, малыш.
Аринка нагнулась и что-то подняла с пола. Телефон Йалу выпал из ее кармана, когда она вскочила, и от удара засветился.
— Здесь какое-то сообщение, — Аринка протянула телефон Йалу. — Ты кому-то не дописала?
Та взяла его и мельком взглянула на экран, но тут же снова посмотрела на него, и уже не могла оторвать взгляда.
— Что-то важное? — осторожно спросила я.
Она медленно кивнула и подняла на меня посветлевшие глаза.
— Он не стирал свой номер, он писал мне записку.
Йалу показала мне телефон, и я прочла сообщение. «Прости меня. Я не могу объяснить, просто прости».
— Кто это написал?
— Сережка. Но я все равно не понимаю. Он так зло со мной говорил, и глаза у него были совсем чужие. И вообще, почему он сделал это?
— Сделал что?
— Предал меня, — тихо ответила Йалу.
— Расскажешь?
— Я не хотела, но сейчас, наверное, смогу рассказать.
Она действительно взяла себя в руки, и голос ее ни разу не дрогнул, пока она рассказывала, что им с подругой пришлось пережить за последние недели.
— Ты ничего не рассказывала, — растерянно сказала Аринка, когда Йалу закончила. — Почему?
— Сначала это было слишком незначительно, чтобы рассказывать. А потом стало слишком больно.
— Гораздо больше меня волнует этот Валентин, — сказала я. — Если он тебя столько времени искал, значит теперь точно не оставит в покое. Не нравится мне это.
— Если бы я могла связаться с Терсом! — эти слова сорвались с губ Йалу неожиданно даже для нее самой, потому что она покраснела и замолчала.
— Не бойся говорить о своих чувствах, нельзя все скрывать в себе. Ведь для этого есть мы, — улыбнулась Аринка.
— Терс не говорил тебе, когда вернется? — спросила я.
Йалу покачала головой:
— Он сказал, что уходит надолго. Это может значить и на месяцы, и на годы.
Каждый раз, когда она говорила о Терсе, она опускала взгляд на свои руки, на черное кольцо, которое подарил ей он, и которое она никогда не снимала.
— Что оно дает? — спросила Аринка, тоже проследив взгляд Йалу.
— Защиту. От нападений таких как я. От злых поступков людей оно защитить не может.
Она помолчала, потом добавила:
— Оно стало частью меня. Мне кажется порой, что он держит меня за руку. Что, если он не вернется никогда?
Что я могу ответить ей? Ему явно было очень плохо, когда он уходил. Смогли ли его вылечить? Вопрос Йалу и мне самой не раз приходил в голову. А ее явно выбили из колеи все последние события, раз она решилась задать его вслух. И глядя в ее встревоженные глаза, я заставила себя улыбнуться:
— Он вернется, он же знает, что ты его ждешь.
— Я не знаю, откуда он, я не знаю, где его искать. Я не знаю даже, кто он!
— Он тот, кто не оставит тебя одну и никогда не предаст, — сказала Аринка. — Я права?
Йалу улыбнулась.
АНЖЕЛИКА
