— Мне было так плохо, я так ждала тебя и Терса. Когда я увидела, как вы целуетесь, я думала, что у меня разорвется сердце. Мама показала мне только это, я не знаю, что произошло у вас дальше. И я обвинила во всем тебя. Я почти убедила себя, что ты специально это делаешь, что ты хочешь забрать его себе.
— Йалу, остановись! — прервала я ее. — Теперь уже я не хочу ничего слушать. Я ни в чем тебя не виню, тут вообще никто не виноват. Но я не могу и не хочу оставаться с вами. Я желаю вам счастья, но видеть вас будет выше моих сил.
По ее щекам все-таки хлынули слезы.
— Мы сможем быть вместе только, когда мне исполнится двадцать лет. Пожалуйста, не уходи!
Я беспомощно оглянулась на Лагу, но тот уже был далеко, деликатно оставив нас наедине.
Не знаю, видела ли меня Йалу за потоком слез, но она смотрела в мою сторону и даже не пыталась их утереть.
Я не сердилась на нее и даже не думала ненавидеть, просто все мои чувства перекрыла боль. Мне казалось, что кроме нее я уже не способна ничего чувствовать. Поэтому я никак не могла заставить себя шагнуть навстречу Йалу.
— Я люблю тебя, — прерывающимся голосом прошептала она. Она тоже не двигалась с места. — Помнишь, ты не хотела меня видеть после аварии? Ты говорила потом, что тебе было легче злиться на меня, чем на себя. Вот и мне оказалось легче обвинить во всем тебя. Но мне больно от того, что я причинила боль тебе.
ё Я долго молчала, пока все же не решилась на ответные слова:
— Я тоже люблю тебя, просто у меня уже нет сил ни на какие чувства.
Йалу всхлипнула и бросилась ко мне на шею.
ЧАСТЬ 4
ЭАИС
Я помнила себя лет с трех. И уже тогда я знала, что стану Хранительницей. Меня готовил к этому папа, и мы каждую смену луны общались с мамой и братом.
Я изучала Книгу, получала информацию от Озера и даже несколько раз побывала в соседних селениях. Я гордилась своим четырехбуквенным именем, своей будущей ролью, своим предназначением.
О том, что у меня не будет Наставника я узнала от папы неделю назад. В день моего четырнадцатилетия. Когда я уже несколько лет пыталась представить себе его лицо, нашу встречу, наше расставание. Хранительница без Наставника. Невозможное, просто абсурдное положение.
— Почему ты молчал?
Папа задумчиво посмотрел на меня.
— Потому что все должно идти своим чередом. Тебе нужно было готовиться к тому, кем ты станешь. А разве были бы у тебя силы на это, знай ты все с самого начала?
— Но как я смогу стать той, кем должна быть, если у меня нет Наставника?
— Наставника нет, но твой избранник существует. Его зовут Эйин.
— Как такое могло случиться? Я ничего не понимаю.
— Я расскажу.
Вот так я оказалась далеко от своего селения, среди чужаков. И с удивлением узнала, что я не первая, а третья Хранительница, покинувшая наше Озеро. Но первая, получившая от него прямое указание сделать это.
Я еще только училась владеть собой и своими возможностями, поэтому папа отправился вместе со мной. Он тоже впервые покинул наше Озеро и сам говорил, что чувствует себя не очень уютно вдали от него.
И теперь мы ждали Человека Без имени. Хотя, он и не был человеком. Он всегда наблюдал за Хранителями, уехавшими от Озера. Обычно, просто наблюдал. Но если что-то начинало грозить равновесию сил, вмешивался. Порой очень жестко. А нам сейчас была нужна его помощь.
— Разве мы не можем его позвать? — спросила я, когда мы уже несколько дней прождали в каком-то лесном домике.
Папа покачал головой.
— Я оставил информацию о том, что мы просим о встрече. Теперь остается только ждать.
— Он может и не прийти?
— Может. Если посчитает, что наша встреча будет излишней.
— И как долго мы будем ждать?
— Месяц у нас в запасе есть, а там посмотрим.
— Почему мы не могли ждать его дома?
— Здесь больше вероятности, что он откликнется на нашу просьбу. Такую информацию мы получили от Озера.
— Мне не нравится здесь, — призналась я.
— Мне тоже. Возникает ощущение беззащитности. Но это не так, не волнуйся. Возможно, Человек Без имени таким образом дает нам прочувствовать, где нам необходимо находиться. Чтобы мы не стремились во внешний мир.
— А есть те, кто стремится? — удивленно спросила я.
— Есть.
Он пришел через две недели.
АНЖЕЛИКА
Я тоже знала Человека Без имени. Он всегда, нет, не так — ВСЕГДА, был на тонкой грани равновесия. Он не был ни положительным, ни отрицательным, только строго нейтральным. И удержать всю свою систему в равновесии было его обязанностью и жизнью.
Но воспринимали его все по-разному, в зависимости от того, какой стороной он к ним оборачивался. Кто-то считал его абсолютным злом, а кто-то — почти ангелом.
В его праве было уничтожить любого, кто угрожал равновесию. Но все же прибегал он к этой мере очень редко.
Он почему-то никак не отреагировал на уход родителей Йалу, хотя они явно ждали его и опасались. Хсо по той же причине усиленно оберегал саму Йалу, что доводило ее до бешенства. Но Человек Без имени не появился и в селении. Действовать он начал только тогда, когда Йалу покинула озеро.
