Моё появление не очень напугало волков. Поднявшись с лёжки, они, не торопясь, отправились дальше. Оторвавшись от меня на значительное расстояние, стая наткнулась на отдыхающего лося. Не успел лось пробежать и двух десятков метров, как один из переярков догнал его и выхватил из шкуры лося большой клок шерсти. Но инициатива этого волка не была поддержана другими членами семейства. И он был вынужден вернуться и занять своё место на тропе.
Волнение, которое испытывали младшие члены семьи при виде любовных игр родителей, было выше, чем охота. Молодые волки никак не могли понять, почему их родители отгоняют их от себя. Они не могли знать, что с этого момента им придётся жить самостоятельно, что матёрые скоро уединятся и будут вести скрытный образ жизни. Молодые уже подросли и уже могут постоять за себя. Теперь вожаком стаи станет кто-то из переярков.
В течение всего дня до позднего вечера шёл я по следу стаи, пришлось три раза поднимать волков с лёжки, но увидеть их так не удалось. Волки успевали обнаружить моё приближение и своевременно уходить. Тропление помогло мне лучше понять семейные отношения волчьей стае.
Надо сказать, что волки и во́роны – это члены одной разбойничьей шайки, где вороны играют роль пособников злодейских нападений волков на лосей. Обычно каждую стаю волков в зимний период постоянно сопровождает несколько воронов, которые, совершая облёт охотничьих угодий волков, обнаруживают лосей и выводят к ним волчью стаю. Обычно, обнаружив лосей, вороны без труда находят волков и, совершая челночные полёты между волками и лосями, дают понять хищникам, в каком правлении следует искать жертву. При этом птицы призывно кричат.
Есть вероятность того, что волки хорошо разбираются в издаваемых воронами звуках. Звуковой спектр воронов очень богат. Эти птицы способны не только каркать и крумкать, но и курлыкать по-журавлиному, и даже издавать звуки, похожие на ауканье заблудившихся людей, а также на звук натянутой струны. Следуя в указанном воронами направлении, волки легко находят лосей. Воронам же после удачной охоты достаются объедки с барского стола серых помещиков.
Часто волки охотятся ночами, когда вороны спят и не могут корректировать поведение волков. В этом случае утром птицы находят волков и никогда не оставляют их без своего контроля. Конечно, не все вороны занимаются обслуживанием крупных хищников. Большинство из них выполняют роль санитаров, разыскивая трупы погибших животных, активно посещая мусорные свалки вблизи населенных пунктов и т. д. Мне не раз приходилось находить погибших от волков лосей, руководствуясь громкими криками воронов.
Однажды, находясь в своём зимовье на территории заповедника, я был разбужен громкими криками воронов, хотя было ещё довольно темно. При выходе из зимовья я увидел более десятка этих птиц, которые в сильном возбуждении метались над вершинами деревьев. Приблизившись к тому месту, которое больше всего привлекало птиц, я обнаружил там кормившихся лосей. Поблизости от лосей имелась проложенная в глубоком снегу тропа, по которой волки приближались к лосям. Моё появление между волками и лосями нарушило планы волков, и они были вынуждены ретироваться по своим же следам. За ними улетели и вороны. После этого лоси в течение нескольких дней паслись поблизости от зимовья, и волки здесь больше не появлялись.
В один из майских дней, подходя к своему зимовью, я обнаружил на тропе свежую шкуру новорожденного лосёнка. Сначала я решил, что это дело рук браконьера, но внимательно осмотрев находку, понял, что лосёнка задрал волк, который сумел аккуратно снять с него шкуру. Решив, что шкурку можно использовать в качестве коврика, я прибил её к стенке зимовья для просушки. Вскоре я увидел, что в том месте где я нашёл шкурку, на дереве сидит ворон. Там оставалась ещё нога лосёнка. Нетрудно было понять, что появился матёрый, чтобы забрать остатки своей добычи. Приблизившись, я успел заметить убегающего с ногой в зубах волка. Шкурку же лосёнка вскоре кто-то украл. Я считаю, что сделать это мог волк.
В своих блужданиях по лесу я довольно часто встречался с этими крупными парнокопытными. Мне приходилось быть свидетелем и потасовок между ними. Однако, самое близкое знакомство с сохатым у меня произошло во время охоты на рябчиков.
Пробираясь однажды через завалы деревьев, я присел на ствол упавшего дерева, чтобы выждать и начать поднимать рябчиков, имитируя с помощью пищика их свисты. В этот момент послышался громкий хруст сломанных сучьев, и я увидел бегущего в моём направлении лося. Перемахнув через стволы упавших деревьев, лось остановился в пяти-шести метрах от меня. Высоко подняв украшенную рогами голову, сохатый искал того, кто только что пробирался через эти завалы, приняв меня за своего соперника. Зверь находился в такой степени возбуждения, что даже не замечал сидевшего перед ним человека. Медленно поводя головой, он в любой момент был готов броситься в драку.
