В горе и радости полностью

Это был последний день перед окончанием нашей пятинедельной сделки. Последние четыре недели и шесть дней мы с Беном проводили все свободное время вместе, но ни одному из нас не было разрешено произносить такие слова, как бойфренд, подруга и особенно я люблю тебя. Я очень ждала следующего дня. Мы провели день в постели, читая журналы (я) и газеты (он), и он пытался убедить меня, что завести собаку — это хорошая идея. Все началось из-за фотографий собак, которым искали новых хозяев, в отделе объявлений.

— Ты только посмотри на этого. Он слепой на один глаз! — сказал Бен, подпихивая мне под нос газету. Кончики его пальцев были покрыты типографской краской. Я могла думать только о том, что он перепачкает ею мое белое постельное белье.

— Я его вижу! — ответила я, откладывая журнал и поворачиваясь к Бену. — Он очень, очень милый. Сколько ему?

— Два года! Ему всего два года, и ему нужен дом, Элси! Мы можем ему помочь!

Я выхватила у него газету.

— Мы ничего не можем. Мы не говорим о том, что могло бы продвинуть вперед наши отношения в любом виде и в любой форме. А собака почти наверняка сделает это.

Бен забрал газету.

— Да, но наш договор заканчивается завтра, а этого пса могут забрать сегодня!

— Что ж, если его заберут сегодня, значит, он в порядке, верно? Нам незачем вмешиваться и помогать ему, — заявила я, улыбаясь Бену и поддразнивая его.

— Элси! — Он покачал головой и заговорил намеренно детским голосом: — Сначала, когда я говорил, что пес не найдет хороший дом и что это меня беспокоит, я был не совсем честен насчет своих чувств к этому псу.

— Не был честен? — переспросила я с фальшивым ужасом.

— Нет, Элси, не был. И я думаю, ты это поняла.

Я покачала головой:

— Ничего подобного.

— Я хочу этого пса, черт побери! Я не хочу, чтобы его забрал кто-то другой! Мы должны взять его сегодня!

До этого момента мы шутили, но у меня появилось ощущение, что, если я скажу, что поеду за собакой в этот день, Бен оденется и через считаные минуты будет сидеть в машине.

— Мы не можем взять собаку! — со смехом заявила я. — У кого из нас он будет жить?

— Он будет жить здесь, и я буду заботиться о нем.

— Здесь? В моем доме?

— Ну, я не могу держать его у себя дома! Это просто помойка!

— То есть на самом деле ты хочешь, чтобы я взяла собаку, а ты хочешь играть с ней.

— Нет, я буду заботиться о собаке вместе с тобой, и это будет наша собака.

— Ты жульничаешь. Это… это продвигает наши отношения вперед. Это огромный… просто огромный… я хочу сказать…

Бен засмеялся. Он видел, что заставляет меня нервничать. Разговор начал сползать на совместное проживание, и я горела желанием обсудить эту идею. Мне настолько этого хотелось, что я смутилась и сделала все, чтобы это скрыть.

— Отлично, — резюмировал Бен, одной рукой обнимая меня, а другую закинув на подушку сзади. — Я больше не буду говорить об этом сегодня. Но если до завтра Бастера никто не возьмет, мы можем это обсудить?

— Бастера? Ты хочешь назвать пса Бастером?

— Я не называл этого пса! В объявлении сказано, что его кличка Бастер. Если бы это зависело от меня, то мы бы назвали пса Соник. Потому что это замечательная кличка.

— Я не возьму собаку и не назову ее Соник.

— Хорошо, а как насчет Бандита?

— Бандита?

— Ивел Книвел?[11]

— Дело кончится тем, что сокращенно ты будешь звать его Ивл[12]. Это ужасно.

Бен захохотал.

— Пожалуйста, только не говори мне, что ты бы назвала собаку Флаффи или Куки.

— Если бы я собиралась завести собаку, то я бы назвала ее в соответствии с тем, как она выглядит. Понимаешь? Действительно принимая в расчет качества собаки.

— Тебе кто-нибудь говорил, что ты самая скучная женщина на планете? — с улыбкой спросил меня Бен.

— Только что сказали, — отозвалась я. — Который час? Думаю, осталось мало времени до встречи с Аной.

— Сейчас пять сорок семь вечера, — сказал он.

— Ах! — Я выпрыгнула из кровати и влезла в джинсы. — Мы уже опаздываем!

— Мы встречаемся с ней в шесть? — уточнил Бен, не двигаясь с места. — Она всегда опаздывает.

— Да! Да! Но мы все равно должны приехать вовремя! — Я протянула руку в поисках бюстгальтера. Мне не нравится, как моя грудь выглядит в определенных ракурсах, поэтому я обнаружила, что бегаю по комнате, прикрывая ее одной рукой.

Бен встал.

— Хорошо. Мы можем просто проверить, будет ли она вовремя?

Я на мгновение прекратила поиски и уставилась на него.

— Что? Нет. Мы должны выехать немедленно!

Бен засмеялся.

— Хорошо, я доставлю нас на место в шесть часов пять минут, — пообещал он, надевая брюки и набрасывая рубашку. Он оказался готов, а мне до этого еще было далеко.

— О’кей, о’кей! — Я вбежала в ванную, чтобы проверить, не оставила ли я бюстгальтер там. Бен последовал за мной, помогая в поисках. Он нашел бюстгальтер раньше меня и бросил его мне.

— Ради меня тебе не стоит прикрывать грудь. Я знаю, что ты думаешь, будто она выгляди недостаточно хорошо, когда ты наклоняешься, но ты ошибаешься. Поэтому в следующий раз пусть она будет свободна от оков, детка.

Я посмотрела на него в изумленном молчании.

— Ты чертовски странный, — сказала я.