Одним выстрелом патрульный ранил Роберто в шею, но тот продолжал вести машину. Вот он промчался мимо больницы имени Фахардо. Заметив, как две новые машины включились в преследование, он опять попытался свернуть в боковую улочку, но помешал автобус. Разбитое пулями ветровое стекло затрудняло обзор.
Выезд на проспект Ранчо Бойерос блокировала цепочка патрульных машин. Роберто резко затормозил, выскочил из машины и побежал между соснами по парку Юности. Он видел, как из машины выскакивали бойцы с карабинами и бежали вслед за ним.
— Сдавайтесь! Вы окружены! Уходить некуда! — крикнул один из бойцов.
Роберто дважды выстрелил в сторону кричавшего. В ответ громыхнула очередь. Неподалеку агент заметил небольшой павильон. «Если доберусь до него, то мы еще посмотрим…» — подумал он и рванулся вперед.
— Стой! — раздался окрик справа.
Не останавливаясь, Роберто дважды выстрелил в ту сторону. Автоматная очередь, раздавшаяся слева, прошила ему ногу. Он упал, схватившись рукой за раненое место. Лицо его исказила гримаса боли. Он несколько раз нажал на спусковой крючок, но выстрелов не последовало.
Вставив новый магазин в пистолет, агент пополз. Заметив, что кто—то ползет справа от него, он открыл огонь. Ответным выстрелом из карабина его ранило в левую руку.
— Сдавайтесь! — снова прозвучало из темноты.
Уже плохо соображая, Роберто продолжал стрелять наугад… Вот какая—то тень бросилась к нему и… Это было последнее, что он видел.
Рамос, Ферра, Агилар и Старик поставили кофейные чашечки на поднос и закурили. Старик пустил струю дыма и, улыбнувшись, обратился к Рамосу:
— Значит, во вьетнамках…
Рамос положил окурок в пепельницу и проговорил:
— Да, майор, во вьетнамках. Нужно было видеть лицо Агилара, когда я ему сказал, что информацию передали не в воде.
— Мое удивление было вполне естественным, — возразил Агилар. — Все наталкивало на мысль, что передача состоится именно в воде. Кто мог предположить, что они воспользуются вьетнамками… Просто и в то же время хитро.
— Нам очень помогла работа, проделанная Мехиасом, — сказал Старик.
— Кстати, о Мехиасе, — заметил Рамос. — Ему удалось установить микропередатчик в машине Мозга. Это позволит нам держать его под контролем.
Несколько мгновений царило молчание. И опять заговорил Старик:
— Я все думаю о Роберто. Мы еще раз убедились в эффективности работы комитетов защиты революции. Это ведь их работникам удалось обнаружить, где скрывался агент. — Старик помолчал. Лицо его стало печальным. — Уже две семьи пострадали… — с горечью сказал он. — Сначала — Хуанхо, теперь — водитель такси… — Постепенно лицо его смягчилось, он успокоился. — В связи с захватом Роберто нам нужно кое—что продумать. Обыск дома, где он укрывался, показал, что ни одна дверь не была взломана. Значит, кто—то помогал ему там прятаться. Семья, которая проживала в этом доме, покинула страну год назад. А ключ, видимо, находился у Мозга или же у кого—то другого. Возьмем первый вариант — ключ находился у Мозга. Но кто его дал ему и с какой целью?
— Это мог сделать, — предположил Ферра, — его друг или пациент, чтобы Мозг забрал какие—нибудь вещи из дома. А может, хотя это мало вероятно, просто создавались условия для предстоящей операции? Я сказал «мало вероятно», потому что они ведь не могли знать, сколько простоит дом незанятым.
— Последнее обстоятельство, — заметил Старик, — по—моему, исключает этот вариант. Скорее следует считать, что ключ находился у другого лица. Но у кого?
— А не замешан ли здесь какой—нибудь родственник? — высказал догадку Агилар.
— Родственник? — переспросил Старик.
— Да, родственник хозяев дома. Этот родственник, возможно, является осведомителем или «почтовым ящиком» Мозга. Не думаю, чтобы кто—то передал Мозгу ключ от дома, не поинтересовавшись, для чего это нужно. Если исходить из того, что ключ находился первоначально у родственника хозяев дома, а Роберто оказался в нем сразу же после побега, то можно сделать вывод, что он позвонил Мозгу, а тот взял ключ и поместил агента в доме. Очень легко установить, кто из родственников выехавшего хозяина остался на Кубе.
— А если этот ключ попал к Мозгу по другому каналу — от какого—нибудь пациента или приятеля? Могло ведь так случиться, что после побега Роберто позвонил Мозгу, а тот сразу вспомнил о пустующем доме, — вступил в разговор Рамос.
— Давайте вернемся к тому, о чем только что говорили, — сказал Агилар. — Кто и зачем отдал ключ Мозгу? Мог ли он знать, что дом будет пустовать целый год? Конечно, Мозг мог вспомнить об этом пустующем доме сразу же после побега Роберто и начать действовать, то есть наводить справки о нем. Это вполне вероятно.
Воцарилось молчание.
