Блин, самое страшное женское оружие — слёзы.
В растерянности оглянувшись, я заметил неподалеку инженерного бота, явно находящегося под прямым контролем ремонтницы (иначе не таращился бы так) и махнул ему рукой, одновременно попросив в пространство:
— Акаси, сделай ещё воды, пожалуйста.
Подбежавший бот выдал мне пластиковый стаканчик с водой и сразу же свалил на безопасное расстояние, укрывшись за каким-то агрегатом.
Ну Акаси… молодец, ничего не скажешь — заварила кашу и в кусты, а другие расхлёбывай.
Проводив бота мрачным взглядом, я присел рядом с Такао, протягивая ей стакан.
— Держи.
— Заче-ем? — всхлипнула она. — Водный баланс в норме.
— Не спрашивай, а пей, горе ты моё, — тяжело вздохнул я.
В ответ получил ещё один тоскливый всхлип:
— Я не твоё-ё, меня исключили.
— Ага, то есть к пункту «горе» вопросов нет, — в который раз вздохнув, я едва ли не силой вручил ей стакан с водой. — Пей, говорю, легче станет.
Единственный известный мне способ прекратить женскую истерику — это чем-то отвлечь. Например, дать воды. Одновременно пить и реветь способны немногие.
Такао в перерыве между всхлипами осушила-таки стакан и даже без вопросов взяла предложенный носовой платок.
Ну вот, совсем другое дело, а то кулачками только слёзы размазывала.
— Ну всё, хватит плакать, — улыбнулся я. — А то носик покраснеет — некрасивая будешь.
— Тебе-то какая разница? — буркнула она, возвращая платок.
— Эстетическая, — хмыкнул я, подавая ей руку. — Вставай и пойдём.
— Куда?
— Умоешься, в порядок себя приведёшь.
— Зачем?
— А-потому-что. Сидеть здесь, себя жалея, глупо, согласись.
Умытая и даже причёсанная, Такао окончательно успокоилась и теперь сидела нахохлившись, всем своим видом выражая тоску и уныние. Но хоть больше не всхлипывала — уже прогресс.
— У тебя есть какие-нибудь планы на будущее? — поинтересовался я, присаживаясь рядом и доставая сигареты.
Девчонка в ответ лишь дернула плечами, опустив голову.
— Нет. Теперь… нет.
— Понятно. — Повертев пачку в руках, я спрятал её обратно в карман. Курить хотелось жутко, но дымить без разрешения здешней хозяйки было как-то некрасиво.
— Что тебе понятно? — ершисто буркнула Такао. — Чего ты вообще со мной разговариваешь?
Ага, мы окончательно пришли в себя и характер демонстрируем. Прелесть какая.
— А что, не должен? — спокойно поинтересовался я.
— Но ты же… с Конго!
— И что?
Такао неопределенно шевельнула ладошкой:
— Ну… она…
— Немного зла на тебя, — закончил я за неё. — И не без причины, согласись?
Девчонка снова опустила голову, явно не желая комментировать очевидное.
М-да, ситуация. Корабля у неё нет и, без разрешения Конго, не будет. Не помню уже, как там обстояло в мультике, но в реале одного лишь наноматериала мало, — для постройки корпуса туманнице требовалась полноценная верфь и масса оборудования, не говоря уже о весьма специфических элементах, вроде танатониума, которые производились исключительно на базах. Так что, найди она даже десяток тысяч тонн наноматериала — толку будет мало.
Дальше… идти ей банально некуда, разве что на берег, к людям. Но тут не мультик и не комикс, непонятную девчонку, что даже улицу перейти не способна, — поскольку не знает, как это делается, — засекут сразу. А потом… в лучшем случае ликвидируют, не считаясь с потерями, а в худшем поймают и запрут в тщательно охраняемой лаборатории.
Собственно, выход только один — сплавить её к Макие на остров. Хотя…
— Знаешь, Такао, для начала тебе стоит определиться, чего ты сама хочешь.
Кивнув девчонке, я поднялся на ноги и отправился разыскивать Акаси.
Ремонтница нашлась в своём «кафе» — обняв колени руками, она сидела на самом краю площадки и то ли любовалась заходящим солнцем, то ли просто размышляла о чём-то.
— Ну что, интриганка… — хмуро поприветствовал я её.
— Чего это я интриганка? — как-то вяло возмутилась она.
— А кто всю эту кашу с Такао заварил?
— Ничего я не заваривала.
— Угу, просто сообщила, что «синеволосая довыпендривалась».
— Так ты же сам обещал что-нибудь придумать.
— Обещал, — со вздохом согласился я. — Теперь вот думаю.
Устроившись рядом, я закурил, покосившись на задумчивую ремонтницу.
— А сама-то чего невеселая?
— Да вот… — подобрав камушек, Акаси запустила его в океан, отряхнула ладони… — Знаешь, в реальности вся эта жизнь… совсем не такая забавная, как в кино показывают.
— Поздравляю, — невесело усмехнулся я.
— С чем?
Затушив сигарету, я глубоко вздохнул…
— Ты повзрослела.
Обратный путь до флагманской эскадры прошел весьма хлопотно. Получившая аватару Симакадзе то носилась по палубе от переизбытка эмоций, то засыпала меня миллионами вопросов «о девочках», то затевала перестановку в своей каюте… А уж когда из набежавших туч хлынул ливень… Надо было видеть лицо туманницы, когда та, выскочив было на крыло мостика, через секунду влетела обратно с круглыми от испуга глазёнками, словно свалившийся в ванну котёнок. Вода-то мокрая, оказывается, кто бы мог подумать!
