Дикий, совсем дикий отдых ожидал меня в Греции, когда я прилетел туда в одиночку отдохнуть на две недели и обнаружил, что пластиковая карточка не хочет давать мне денег. Ситуация для последнего времени, к сожалению, вполне типическая. Взятой для подстраховки скудной наличности хватало на то, чтобы поменять билет на чартерный рейс и улететь прямо завтра. о я решил остаться и выжить. Мой пример может быть другим наукой.
В ситуации внезапного безденежья сразу отпадают некоторые предрассудки, казавшиеся незыблемыми. Главный — что спать заграницей надо на белых простынях и в гостинице хоть с каким-то числом звездочек. Появляется вдруг и необычайная острота взгляда, наподобие той, которая позволяет алкашам безошибочно выискивать пустую бутылку на самом дне мусорного ящика. Мне же пробудившиеся бомжевые способности позволили обнаружить целый бесплатный санаторий личного пользования у самой кромки моря.
Остановившись полюбоваться на морскую даль в тоске и изнуренности первого несчастного дня, я наткнулся глазом на какую-то шиферную крышу, скрытую в кустах между дорогой и скалистым морским берегом. К крыше вела от дороги еле заметная тропинка — большинство благополучных отдыхающих спускалось несколько шагов, чтобы справить нужду и следовать дальше. Я же заинтересовался и пошел по тропинке вниз. В конце обнаружился забор из ржавой колючей проволоки, незакрытая калитка, а за ней уступом два каменных сарайчика, соединенных каменной же лесенкой. Это была чья-то кустарно выстроенная и, похоже, необитаемая дачка. а последующие дни мне предстояло стать сквоттером, то есть самовольным захватчиком чужой жилплощади.
Забегая вперед, скажу, что хижинка, подобная найденной мной, для Греции довольно типичное явление. Жители городов стремятся вырваться на природу и к морю, и заводят себе садик с домиком или рыболовный приют. Дачные кооперативы у них не приняты, и строения рассеяны поодиночке. По многим трудно и понять, развалились ли они еще сто лет назад, или в них кипит жизнь. Стены сложены из необлицованных каменных блоков и запорошены всегдашней каменистой пылью, ставни постоянно закрыты от жары, трава при доме как будто не растет.
В Греции вообще все состоит из камня, большей частью известняка (а это и есть мрамор). Едешь, смотришь: полгоры отгрызано, земля вокруг на два километра усыпана белым порошком — каменоломня. а каждом шагу магазины мраморных плит, украшенные вывеской «Мармара».
Только увидев воочию греческий ландшафт — гористые нагромождения камней, покрытые выжженной травой и жидким кустарником, я до конца понял, почему древние греки так увлекались скульптурой и архитектурой, а не живописью. Рисовать было особо нечем и не на чем, а камня полно. Поставь глыбу на глыбу — будет крепость, пообтеши — колонна, покрой крышей — дом, немножко посильнее покорпи — выйдет Аполлон.
Кстати, еще насчет жилплощади. Когда едешь по Греции, в глаза бросается множество хороших двух-трехэтажных вилл, но почему-то недостроенных, как будто брошенных. Они придают пейзажу несколько неопрятный вид. Мне объяснили, что фирмы недвижимости заранее возводят кирпичные или бетонные остовы, которые могут стоять так годами, а потом ищут на них покупателей. Удобство в том, что покупатель может заказать дальнейшую отделку по своему выбору. Квадратный метр подобной недостроенной виллы стоит около $550, а минимальный участок под нее на целине около $3800.
Но назад, к моей хижине. Перед отъездом я успел прочитать в путеводителе, что греческая полиция не приветствует ночующих под открытым небом, хотя сильно не гоняет. Большую проблему для них в крупных городах могут составлять грабители, а на юге — змеи и другие гады. По дороге я и в самом деле заметил множество высохших шкурок змей, раздавленных колесами. А на одной из маленьких железнодорожных станций отправление поезда было задержано из-за того, что кондукторы увлеклись добиванием палкой огромной толстой змеи, выползшей из кустов.
Понятно, что пришлось предпринять меры предосторожности. Под грудой хлама в нижнем, хозяйственном, сарайчике я разглядел остов кровати с прорванной пружиной и решил устроить на нем свое ложе, чтобы не спать прямо на земле. В сарайчик забираться не было смысла — дождя в бархатный сезон не намечалось. Да и в четырех стенах я бы чувствовал себя как в западне.
