В ярости рождённая (Дорога Ярости) полностью

– Но если мы пойдём в лобовую атаку, то сами за них решим все проблемы, – возразила Танис. – Сарж, они хотят,чтобы мы атаковали их. Именно поэтому они здесь.

– Допустим, – Алисия молча изучала тактические данные ещё нескольких секунд, но она знала, что  Танис была права.

Штаб противника очевидно понимал, что встретить Кадры на позиции, где боевики смогут использовать станковое оружие, а Кадры нет, является лучшим способом покончить с ними. И также было очевидно, хотя Алисия до сих пор не могла понять, как разведка умудрилась прозевать такую кучу народа, что у врага огромное численное преимущество. И их командиры при этом ещё явно хотели вынудить людей Алисии принять бой на условиях ОААС. Террористы совсем не были заинтересованы в схватках на условиях Алисии –они хотели вынудить её сблизиться со своими силами тогда, когда у них будет и численное превосходство и преимущество подготовленных позиций.

– Ты знаешь, – продолжила она разговор с Танис, – обрати внимание на их укрепления здесь, создаётся впечатление, что кто-то там гораздо лучше разбирается в стратегии, чем в тактике.

– Сарж, я узнаю этот тон, – заявила Танис. Она стояла спиной к Алисии, держа под контролем пространство вокруг их расположения, но Алисия так ясно видела единственную поднятую бровь подруги словно они стояли лицом к лицу. За прошлые восемнадцать месяцев она видела это бесчисленное количество раз и уголки её губ разъехались в ехидной улыбке, адресованной спине её верной спутницы.

– Их проблема, – объяснила она, – состоит в том, что кто бы ни выбирал их позиции, он имел стратегический замысел найти на карте узкое место и послать достаточно большой отряд, чтобы заблокировать его. Но вот способ, которым они решили эту задачу, имеет несколько крошечных недостатков. Смотри сюда.

Она наложила схему местности поверх карты на ВИЛСе Танис и та внезапно беззвучно присвистнула.

– С ума сойти, кто-то из них был слегканебрежен, не так ли? – воскликнула она.

– Что значительно облегчает нам работу, – согласилась Алисия, пристально изучая контурные линии на собственном ВИЛСе. Потом переключила коммуникатор.

– Маузер-Один, Винчестер-Один. Переместите своих людей в указанный пункт…, – она скинула информацию на ВИЛС Селестины Хиллмэн, – …и ждите меня там. Лев-Альфа-Три, – продолжала она, – твоя группа  выдвигается в пункт…

Она сбросила ещё одну отметку на ВИЛС и, дождавшись квитанций о получении информации от Хиллмэн и Хеннесси, хлопнула Андерсена по бронированному плечу.

– Неплохо, Эрик, – сказала она ему. – Оставайся здесь и следи за ними, пока мы не будем готовы.

– Как скажешь, Сарж, – ответил он и она оправилась навстречу колонне Хиллмэн.

* * *

– Винчестер-Один, Маузер-Один, – произнёс голос за ухом у Алисии десять минут спустя. – Алли, мы на позиции.

– Маузер-Один, Винчестер-Один, подтверждаю, – ответила Алисия. Селестина кажется увереной в успехе, думала она – или, по крайней мере, пытается демонстрировать уверенность. Она улыбнулась без всякого намёка на юмор и глубоко вздохнула.

– Хорошо, люди, – объявила она по общей сети. – Пришло время для танцев.

* * *

Бригадир Освободительной Армии Альянса Свободы Берхарт, командующий тремя прикрывающими блокированный перевал отрядами, пристально глядя в темноту, стоял на командном пункте, оборудованном на позициях центрального отряда. Его штаб располагался в точности с рекомендациями «Библии Боя» – на обратном склоне пересекающего седловину под углом невысокого скалистого гребня. Но Корнелиус Берхарт в замкнутом пространстве безопасного, но тесного командного пункта чувствовал себя словно запертым в клетке. Так что он оставил там своего заместителя, а сам перебрался сюда, на одну из передовых позиций своих плазменных орудий, где и стоял сейчас, с неистовым ожиданием всматриваясь в безлунную ночь.

Берхарт был в ярости потому, что был довольно-таки несдержанным человеком, тем, чей гнев определял его цель и разжигал его ненависть. Ему не давало покоя то, что они так долго возятся с этими проклятыми коммандос. И даже если он никогда и не был полностью удовлетворён планом этой операции, цели которой хорошо понимал и горячо одобрял, то не мог не признавать, что пока всё идёт не так уж плохо. Его вера в окончательный успех операции – и его собственное выживание – могла бы быть поставлена под сомнение, но это не означало, что он не был готов добиваться успеха любыми средствами и любой ценой, потому что он ненавидел Земную Империю с обжигающе чистой страстью.

Его семья играла видную роль в противодействии Объединению его домашнего мира с Империей, и это обошлось им очень дорого. Возможно Империя и не была непосредственно виновата в смерти его отца, матери и старшего брата, но ведь кто-тобросил самодельную бомбу во время митинга сторонников Оппозиции.