Уотс больше не кричал. Издаваемые им звуки больше походили на отчаянное поскуливание попавшего в капкан зверя, отчаянно ждущего конца агонии, и Алисия вновь за волосы вздёрнула его голову, обнажая горло для смертельного удара.
И в этот момент чьи-то руки сомкнулись на ней сзади.
Уотс, отлетев назад, тяжело свалился на стол, а Алисия медленно, словно во сне, повернув голову, обнаружила за своей спиной тех самых морских пехотинцев. «Они среагировали гораздо быстрее, чем я ожидала», – отметила она краешком сознания. – «Услышали звуки выстрелов? Или первый крик Уотса»?
Она рывков вывернулась из захвата, отбросив одного из них, и снова шагнула к Уотсу. Но второй полицейский всё ещё висел на ней, из всех сил пытаясь оттащить её назад. Её левая нога уже сгибалась, восстанавливая баланс, но он смог придержать её достаточно для того, чтобы первый морской пехотинец, вскочив на ноги, занял позицию между ней и Уотсом.
Она пристально глядела на лицо перед собой. Лицо молодого человека, который не понимал, что происходит, который знал только то, что на его собственного вышестоящего офицера было совершено нападение. Кто положил руку на оружие в кобуре, но кто не хотел причинить ей боль.
«Он ведь ничего не подозревает», – почти с жалостью подумала она. Даже не догадывается, кому загородил дорогу. Если она захочет, его рука никогда не достанет это оружие. Она была под тонусом, а его горло было открытым, его солнечный сплетение... да весь перед его тела был абсолютно открытым для удара. Даже не задумываясь, она видела три различных способа убить его прежде, чем он коснётся своего пистолета.
Но она хорошо знала этот взгляд. Единственный способ добраться до Уотса лежал через его труп, а эту цену Алисия не была готова заплатить. Как бы ни сильно заслуживал смерти Вадислав Уотс, он не стоил смерти
Поэтому она позволила морскому пехотинцу позади удерживать себя. Позволила ещё двум из них оттеснить её в сторону. Лишь, обернувшись, она бросила последний взгляд на изломанное тело Вадислава Уотса, сползающее со стола и бескостно рушащееся на палубу.
Сэр Артур Кейта, услышав звук открывающейся двери, оторвал взгляд от вида за окном.
В распахнувшуюся дверь с высоко поднятой головой вошла Алисия ДеФриз, и боль шевельнулась в его сердце – он увидел двух «сопровождающих» её человек в форме Кадров. За его спиной, под окнами его офиса во дворце, струился летний солнечный свет, проливаясь на Сад Героев и высокий шпиль Кенотафия. Он дорожил этим видом как особой привилегией своего звания, но теперь лишь крепче сжал зубы – он слишком хорошо помнил последнее совместное их с Алисией посещение Дворца Слайго.
Сэр Артур Кейта никогда не был женат – у него не было детей, потому что он посвятил всю свою жизнь службе своему монарху и Земной Империи. И всё же, если у него и не было собственных детей, то у него были сотни тысяч сыновей и дочерей. Сыновья и дочери, носившие ту же самую зелёную форму, что и он. И носившие её с гордостью. Слишком многие из них умерли, защищая то, во что верили. Его гордость за них была слишком глубокой, слишком сильной, чтобы когда-либо оформиться в простые слова, и за все эти годы, среди всех своих воспитанников, он не гордился никем больше чем той, что стояла сейчас перед ним с непокорно поднятой головой, с плескавшимся в зелёных глазах спокойствием.
Дочь, с которой он потерпел неудачу.
– Алисия, – тихо поприветствовал он её.
– Дядя Артур.
Он, глубоко вздохнув, взглянул на уважительно вытянувшуюся по стойке смирно Алисию и взмахом правой руки указал на удобные кресла вокруг журнального столика, парящего над роскошным ковром цвета имперский зелёный.
– Пожалуйста, садись.
В ответ она вздёрнула голову, и Кейта на мгновение подумал, что она собирается отказаться. Но Алисия, чуть пожав плечами, спокойно прошла к предложенному креслу и присела на него.
Сам он устроился в другом, оказавшись при этом прямо перед нею через столешницу, и в этот момент он выглядел на свой истинный возраст. С усилием помассировав виски кончиками пальцев, он опустил руки на подлокотники.
– Генерал Арбатов и я только что вернулись со встречи с бароном Юробой и Министром юстиции Канарисом, – сказал он. – Темой этой встречи был Вадислав Уотс.
Её губы слегка шевельнулись, но кроме этого ускользающего движения других реакций не последовало, а её зелёные глаза по-прежнему спокойно глядели на него.
Он едва не попросил её проявить хоть какие-то эмоции, пусть даже это будут гнев или ярость. Но с тех пор как морские пехотинцы«МакКартера» оттащили её от Уотса, на её лице застыла маска ледяной вежливости.
Кейта знал, хотя сомневался, что морские пехотинцы поняли это, что она сама