В прошлый четверг, 5 мая, в деле по убийству Галины Старовойтовой, которое слушается в городском суде Петербурга, допросили земляка обвиняемых — жителя города Дятьково Брянской области Сергея Корева. О депутате Старовойтовой он впервые услышал в позапрошлом году из телепрограммы «Человек и закон», где прошел сюжет об аресте его шестерых земляков. Свидетель вроде бы искренне не понимал, почему ребят пытаются привязать к убийству депутата, и напоследок под общий хохот поинтересовался у судьи Валентины Кудряшовой, можно ли прямо сейчас, в зале суда, передать землякам посылку с продуктами. На этой веселой ноте суд объявил в слушаниях по данному делу месячный перерыв.
Длинноволосый, с бородкой, Юрий Колчин — обвиняемый в организации убийства Старовойтовой — напоминает, скорее, интеллигента-разночинца, нежели головореза и лидера преступной группировки. При каждом удобном случае он заявляет суду о своей невиновности и о том, что дело сфабриковано ФСБ. Знакомые с Колчиным свидетели утверждают, что он человек религиозный, в его офисе всем бросалось в глаза обилие православной литературы и атрибутики, а ежедневно, утром и вечером, там проходили молебны с участием иеромонаха Романа.
Офис охранного предприятия «Благоверный князь Александр Невский» находился на улице Демьяна Бедного, в доме № 3. Там же размещалась общественная приемная депутата Госдумы 2-го созыва (1995–1999) Михаила Глущенко. Свидетель Сергей Бодров, бывший помощник депутата, рассказал, что Колчин и Глущенко часто общались, обсуждали возможность сотрудничества ЛДПР и Партии духовного возрождения.
Впрочем, знакомство Колчина с Глущенко (более известным под именем Миша Хохол) и другими представителями так называемого «тамбовского капитала» — факт и без того очевидный. Еще в начале 90-х Колчин проходил в оперативных сводках РУБОПа под прозвищем Анжей. Вот только связь между экс-депутатом, который уже три года живет за рубежом, и убийством Галины Старовойтовой следствию установить не удалось — Михаил Глущенко пока ни в чем заочно не обвиняется. Заказ на устранение Старовойтовой был получен Юрием Колчиным, согласно обвинительному заключению, от «неустановленного лица». Раз нет заказчика, считают адвокаты обвиняемых, то нет и мотива преступления. Можно ли в этом случае говорить о 277-й статье УК? Скорее, речь может идти о 105-й (убийство), но — только в случае убедительной доказательной базы. А она, по мнению защиты, не выдерживает критики.
Юрий Колчин назвал на одном из заседаний предъявленные ему обвинения «шизофренией», его адвокат Валерий Сандальнев, комментируя ходатайство обвинения о продлении подсудимым срока пребывания под стражей, заявил, что прокуратура исходит из принципа «презумпции виновности». А адвокат Николай Калмыков (защищающий подсудимого Лелявина) в начале каждого заседания оглашал очередное ходатайство об исключении из дела ряда доказательств. Впрочем, все эти ходатайства оставались без удовлетворения.
Хоть в суде допрошено уже более половины свидетелей обвинения, общая картина преступления пока так и не складывается — начинают проясняться лишь отдельные ее элементы. Бывший кабельщик Петроградского телефонного узла Юрий Мельниченко рассказал на суде, как осенью 98-го (незадолго до убийства Старовойтовой) он передал своему случайному знакомому Сергею адреса телефонных распределительных шкафов, расположенных в городе, и комплект ключей к ним. Молодой человек по имени Слава, которого привел Сергей, прошел у Юрия Мельниченко своеобразный «курс обучения» — кабельщик рассказал ему, как находить нужные «клеммовые пары» и подключать к ним подслушивающее устройство. В числе прочих адресов Сергея интересовал и дом на Большой Морской, где находился офис Старовойтовой. Правда, установить там прослушку оказалось невозможно, поскольку часть дома занимал банк. В качестве гонорара кабельщик получил 200 долларов и 1100 рублей.
Кто такие Сергей и Слава? Сергей — некто Мусин, по прозвищу Моряк, кавторанг в отставке, один из близких к Колчину людей. К Брянской области он отношения не имел, родился в Ленинграде в 1961 году. В 1991-м получил условный срок за взятку, мошенничество и утрату военного имущества. Был официальным лидером Партии духовного возрождения и работал в фирме «Статус кво», расположенной в том же офисе, на улице Демьяна Бедного. В розыск его объявили 21 ноября 1998 года — на следующий день после убийства Старовойтовой на канале Грибоедова.
Слава — некто Вячеслав Петров, 23 лет, главный свидетель обвинения, не раз судимый за наркотики и кражи. Именно после его показаний, данных в «Крестах», следствию удалось выйти на след основных подозреваемых. Сейчас Петров находится под усиленной охраной: его предстоящий допрос будет ключевым событием процесса, и, вероятно, следователи ФСБ не хотят, чтобы Петров разделил судьбу Марчеллы (наркомана, который дал полный расклад по громкому «делу Сбитнева» и вскоре был убит, после чего дело рассыпалось в горсуде).
