– Это какой-то телефонный хулиган, – выдумал он с ходу.
– Да?
Ее аккуратные брови – недавняя работа стилиста, раньше таких у нее не было – высоко поднялись, спрятавшись под челкой.
– И чем он нахулиганил? Что хотел?
– Пытался что-то продать мне, то ли миксер, то ли телевизор. Все время назначал разную цену. Я сразу понял, что это развод.
Вадик для убедительности широко разводил руками и без конца качал головой. Ее не проняло. Она противно ухмыльнулась:
– Как и то, что вы мне тут несете. Такой же развод…
– В смысле-е? – протянул он на манер его новой работодательницы, не отличавшейся хорошими манерами.
– То, что вы мне рассказываете, не есть правда, Игнатов. С этого номера вам часто звонили сразу после происшествия на дороге, когда пропала ваша невеста, а потом обнаружилась в морге. Вы подолгу говорили с этим так называемым «хулиганом». И до происшествия вам неоднократно звонили с этого самого номера. Что тогда пытался вам продать телефонный мошенник?
А вдруг они все знают?!
Вадику стало казаться, что по его спине ползет огромный черный уж. Точно такой же, какого ему подкинули в постель в детском лагере. Тогда от страха он описался. Сейчас Вадик почувствовал, что от ужаса он вот-вот скончается, окажется в одной компании со Светой, и она там уж точно не простит ему вранья.
– Что-то пытался, – произнес он невнятно.
– Давайте вы сейчас при мне с ним свяжетесь и попробуете что-то купить. Идет? – Она достала его мобильник, упакованный в маленький пакет для вещдоков.
– Пытайтесь сами, – огрызнулся он.
– Пыталась. Не вышло.
Девушка, с внешностью которой точно что-то произошло с последнего допроса, скупо улыбнулась. Она убрала мобильник под бумаги.
– Думаю, это односторонняя связь. И что странно, пользуется этот абонент данным номером только в тех случаях, когда звонит вам, Игнатов. Больше ни одного номера не набиралось с этого телефона. Как вы это объясните?
– С какой стати я должен это объяснять! – возмутился Вадик.
Он вдруг отчетливо осознал, что, кроме этого левого телефона, у них на него ничего нет. Это принесло хоть какое-то успокоение.
– Вы ищете абонента, вот и объясняйте. А я имею право не свидетельствовать против себя. Кажется так?
Его увели. В допросную вошел Климов, посмотрел на Варю – сгорбившуюся, поникшую – и тронул за плечо.
– Расстроилась? Но ты же не думала, что он сразу начнет каяться во всех грехах? Или думала? – Климов наклонился, заглянул ей в лицо. – Эй, ты чего? Не расплачься мне тут! Не переживай ты так. Я ему организовал таких соседей, что он через пару часов сам на допрос захочет. Не смотри на меня так. Ни о какой пресс-хате речи нет. Просто шумные соседи, неуступчивые, с претензиями. Через пару часов – максимум. Засекай время. Попросится и каяться начнет.
– Ты думаешь, это он организовал убийство?
– Не знаю.
Климов уселся на тот стул, на котором прежде сидел Вадик, положил на стол ладони и несколько минут молчал, рассматривая Варю в упор.
– Тебе идет, – вдруг сказал он безо всяких уточнений и без перехода продолжил: – Для организатора убийства он выглядит слишком спокойным. А еще напуганным.
– Как это? И спокойным и напуганным? – округлила Варя глаза.
Ее щеки горели из-за его комплимента, сказанного вскользь и безо всяких уточнений. То ли прическа ей идет, то ли новый белый свитер с объемным горлом.
Ох, Климов…
– Он напуган не тем, что его разоблачат. Боится, потому что… – Павел перевел на нее рассеянный взгляд. – Он боится, потому что знает убийцу или заказчика. Эти звонки с номера одинокой умершей старушки… Они всегда пугали его, со слов Хлопова. Игнатова могли шантажировать. Могли угрожать. Поэтому он и позаботился об алиби. Съехав от Светланы, он настырно был у всех на виду.
– Боялся, что подставят?
– Или на него подумают. Похоже, история на дороге – первая карта, которую эти ребята разыграли против Вадика. Мы с тобой знаем, что Игнатов очень некрасиво уволился с прежнего места работы. Там погиб человек – тот самый, который должен был лететь в Москву на новое место. А прилетел Вадик. Какая-то грязная возня с пропавшими документами, которые потом обнаружились под столом. Человек шагнул из-за них с крыши – то ли сам, то ли ему помогли.
– Думаешь, Вадику могли мстить за это? И все это… – Варя нарисовала в воздухе огромный круг указательными пальцами, – произрастает оттуда?
Климов отрицательно мотнул головой.
– Слишком сложно. Залетные мстители не стали бы так заморачиваться. Нет, тут что-то другое. Игнатов точно что-то знает – или он, или тот, кто ему постоянно звонит. Геолокация так и не определила местонахождение телефона?
– Нет. Он все время выключен.
– Ничего, включится. Главное, не прозевать. Ну что, Варюха, с Хлоповым сама будешь говорить или мне доверишь? Здесь мы с ним беседовать не будем. Переходим в кабинет.
Хлопов ничего нового им не сообщил. Все это он уже повторял неоднократно.
По бизнесу у Светланы не имелось таких врагов, которые рискнули бы ее убить. Игнатову, каким бы засранцем Хлопов его ни считал, убивать Свету было незачем. Они собирались вот-вот пожениться.
