— Гарри! Я люблю тебя как друга. Ты же знаешь это! Но ты не сможешь стать моим мужем, даже если захочешь. Ведь это так. Ты изменился, на твоих плечах сейчас лежит забота о благополучии и процветании двух родов. Поверь, сейчас я понимаю, о чем говорю. По крайней мере, в общих чертах. Я многое узнала после того нашего разговора летом. Ты не должен, не имеешь права жениться на такой, как я, — в словах Гермионы не было ни обиды, ни разочарования. Лишь констатация очевидного на ее взгляд факта.
— Но ты отличная девушка! Почему ты так говоришь о себе? — возмутился Поттер, которому показалось, что Гермиона слишком сильно принижает свои способности и личные качества.
— Гарри, я знаю себе цену и вовсе не умаляю своих достоинств. Я не настолько самокритична, — усмехнулась она. — Ты не имеешь права жениться на магглорожденной. Тебе нужен кто-то, кто принесет с собой не только магическую силу, но и родовитость. Пусть даже незначительную, пусть в первом или втором поколении. Это все так сложно, — вздохнула Гермиона. — Но это так и есть. Род Поттеров находился без подпитки родовой магии шестнадцать лет, магия рода Блэков, как я понимаю, тоже далеко не в лучшем состоянии. Я уже знаю, что это такое. Не смотри на меня так недоверчиво. Если я не могу что-то увидеть, то это вовсе не говорит о том, что этого чего-то не существует. Я поверила твоим словам летом, и верю словам моего… Моего, возможно, будущего мужа, — Гермиона порозовела после своих слов.
— Я всегда поддержу тебя, — Гарри обнял подругу за плечи, подсев к ней ближе — Ты же знаешь это?
— Я знаю, поэтому и решила рассказать тебе. Чтобы не было между нами недоразумений, — увидев вопросительный взгляд Поттера, Гермиона снова улыбнулась, и даже как-то напряглась вся, решаясь наконец-то открыть свою тайну. — Не смейся только, пожалуйста. Это Перси Уизли.
Гарри пару минут молча смотрел на Гермиону.
— А почему ты решила, что я буду смеяться? — поинтересовался он, вместо того, чтобы поздравлять подругу с удачным выбором.
— Вы всегда смеялись над ним, когда он учился. Рон насмехается и сейчас…
— Рон смеялся, ты хотела сказать? Если постараешься напрячь свою идеальную память, то сможешь вспомнить, что я только пару раз за глаза назвал его Персиком и не более. Я никогда не ставил под сомнение умственные способности Перси. Он сам пробивает себе дорогу в жизни. Насколько я знаю, работу в Министерстве он получил только благодаря своим способностям. Даже его отец, мистер Уизли, не имеет к этому никакого отношения. Я ничего не могу особенного сказать о характере Перси. Мы не очень близко с ним знакомы. Но, судя по тому, что я видел, когда он еще учился в Хогвартсе, он очень ответственный, аккуратный, внимательный, справедливый, начитанный, немного занудный, ему не чужд здоровый карьеризм и он умеет признавать чужие заслуги. Я мог что-то пропустить, но главное, надеюсь, отметил. Герми, он тебе нравится? — Поттер был предельно серьезен, словно от этого разговора зависела его дальнейшая жизнь.
— Да, Гарри. Он мне нравится. И ты очень точно описал его, — Гермиона довольно улыбалась. — Он очень внимательный. Он не отмахивается от моего мнения, и с благодарностью принимает мою помощь. Его не коробит, если я что-то знаю лучше, чем он. Перси, напротив, всячески меня подбадривает и говорит, что это очень даже хорошо, если человек стремится все время узнавать что-то новое. Нам не скучно вдвоем, мы всегда можем найти тему для разговора, — она рассмеялась. — Уж с тобой или, тем более, с Роном я не могла бы говорить часами о каком-то законе или о преимуществах новых котлов. И не смотри так на меня. Мне это интересно. Только у нас с Перси…
— У вас с Перси, которого Рон до сих пор называет Персиком, — Гарри расслабился и решил немного по-доброму съехидничать.
— А Перси нравится, когда я его так называю. Ой! — Гермиона покраснела. — Вот видишь, до чего ты меня довел?
— А что ему еще нравится? — не переставал усмехаться Поттер.
— Гарри, Перси нравится все то же самое, что и остальным молодым людям в его возрасте. Не вгоняй меня в краску.
— Хорошо, не буду. Надеюсь, тебе тоже нравится то, что нравится ему, — почти серьезно сказал Гарри, переходя на спокойный тон. — Герми, а почему ты рассказываешь это мне под видом большой тайны? Ты стесняешься Перси?
— Что? Да как тебе такое только в голову взбрело? — возмутилась Гермиона. — Мне нечего стесняться. Перси — отличный парень! Только вот Молли почему-то решила, что мы с Роном будем хорошей парой. И все время, к месту и не к месту, об этом твердила, как заводная. Как мы друг другу подходим, как смотримся вместе хорошо, какие мы с ним будем счастливые, словно уже распланировала нашу с Роном жизнь лет на двести вперед. Она летом не хотела замечать, что я с Перси провожу больше времени, чем даже с Джинни. Прости, тебе, наверное, неприятно о ней говорить.
