— Молодец. Я пойду, выпущу Рона через камин, — то ли домовику, то ли самому себе сказал Гарри, тяжело поднимаясь, словно он столетний старик. Его утомило пребывание друга у него в гостях. Поттер не думал, что кто-то может заставить его так захотеть остаться в одиночестве. Нет, поправил он себя, не в одиночестве, а со Снейпом. И улыбнулся своей неожиданной мысли.
Гарри, спустившись в холл, не обнаружил там Рона, но на всякий случай открыл камин, а сам расположился в гостиной на первом этаже. Он попросил, чтобы Кричер принес ему чай и пирожные. Хоть после обеда прошло совсем немного времени, Поттер с удовольствием хлебал душистый напиток, запивая им эклер. Снейпа Гарри предупредил, что в библиотеку не придет после обеда, чтобы по привычке составить тому компанию, и Северус отправился в лабораторию. Поэтому Гарри некуда было спешить, и он спокойно сидел в гостиной, следя за дальнейшим развитием событий, которые не заставили себя долго ждать.
На лестнице послышались шаги и тихое переругивание друзей.
— Я не могу без тебя остаться, Рон. Ты должен это понимать. Почему ты не можешь немного потерпеть и вести себя спокойно, без ссор и скандалов? Я еще толком ничего не прочитала в библиотеке. Здесь гораздо больше интересных книг, чем в Хогвартсе, — объясняла свою позицию Гермиона.
— И гораздо больше, чем в Норе. Да? Почему ты так не добавляешь? Это же — правда! У Поттера даже для тебя нашлась приманка! Хватит, Герми! Я не заставляю тебя идти со мной. Но, сама понимаешь, тогда тебе придется уходить другим путем. Может, через дверь? Прямо в лапы Пожирателям. Я уверен, они уже дежурят там, раз здесь Снейп. Вряд ли деньги Поттера смогут тебя спасти от их расправы. Да и не станет он на тебя тратиться, у него теперь другие приоритеты в жизни и другие друзья. Могла бы и сама дойти своим куцым умишком, — язвил Уизли, в шипящем голосе которого слышались нотки презрения и жгучей зависти к обоим друзьям. К Поттеру из-за богатства, к Герми — из-за ее хорошо поставленных мыслительных способностей. Именно поэтому оскорбления так легко слетали с его языка.
Гермиона молчала в ответ. Она прекрасно понимала, что не сможет относительно безопасно уйти отсюда каким-либо другим путем, кроме как через Нору. У Поттера не получится ей в этом помочь, и не в его деньгах все дело, как говорит Рон. Просто Гарри не сможет выйти на улицу, чтобы не подвергнуться опасности, а он ключевая фигура в противостоянии Волдеморту. Ему нельзя так рисковать. Ее друг еще не готов к встрече со столь опасным темным магом. Именно понимая это, Гермиона послушно плелась следом за Уизли.
Гарри решил не прятаться и вышел в холл, поджидая друзей возле камина.
— Герми, может, еще останешься немного? Рон волен решать сам, когда ему уходить. У тебя есть точно такое же право. Не волнуйся, мы с профессором что-нибудь придумаем, чтобы ты безопасно добралась домой, — Поттер не стал прикидываться, что не слышал их разговора.
— С профессором… Слышала? — Рон брезгливо скривился, словно проглотил слизня.
— Гарри, спасибо за приглашение, но я обещала миссис Уизли погостить у них немного на каникулах, — Гермиона старалась сгладить неловкую и неприятную ситуацию.
Она действительно обещала Молли погостить в Норе, но с одной поправкой — «если получится». А в той ситуации, которую спровоцировал Рон, ее могут и не пустить потом в Нору, если она задержится у Поттера. Там и так почти все были очень недовольны решением Гарри никого, кроме них двоих, не видеть на свой день рождения. Молли не скрывала своего раздражения подобным поведением Поттера и, возможно, именно ее негодующие слова послужили тем семенем, которое проросло в Роне и выплеснулось здесь побегами яростного скандала.
— Как знаешь. Я всегда буду рад тебя видеть у себя, ты же помнишь это? — о желании видеть у себя в гостях Рона, Гарри не стал говорить, потому что в данный момент это было бы откровенной ложью. После всех тех ужасных слов, которые произнес его друг за эти три дня, Поттер не жаждал в ближайшем будущем видеть ни Рона, ни кого другого из этого семейства лицемеров. Правда, Гарри очень надеялся, что эта зараза зависти не коснулась его прекрасной девочки, его Джинни. Он верил, что она все правильно поймет и не будет на него в обиде. Она всегда его понимала. По вечерам Поттер иногда представлял себе, как они будут вместе с ней проводить свободное от занятий время в новом учебном году. Как любой юноша его возраста, он мечтал о взаимной симпатии и очень надеялся, что Джинни согласится с ним встречаться.
— Да, Гарри, я помню, — Гермиона кивнула, пытаясь улыбнуться, извиняясь за свое решение. — До встречи на платформе Кингс-Кросс.
