Когда и почему колодец был заброшен, но не засыпан должным образом, так и осталось невыясненным. Бабушка и дедушка мисс Лэйн никаких сведений об этом не имели, хотя поселились тут в самом начале века, так что и они, и родители Доркас, и она сама в детстве тысячи раз ступали по нему, не подозревая о таившейся внизу опасности. Впрочем, все закончилось благополучно. После того как колодец был тщательно очищен, а вода исследована, он стал исправно обеспечивать дом, к тому же находился совсем рядом.
Когда в тот вечер Лора ложилась спать в своей новой маленькой спаленке с бледно-розовыми стенами, выцветшими ситцевыми занавесками и комодом, предназначенным только для ее вещей, она настолько устала, что нацарапала в своем новом дневнике всего одну строчку: «Сегодня, в понедельник, переехала жить в Кэндлфорд-Грин». После того как девочка забралась в постель, она услышала, как Зилла позвала кота, после чего, тяжело ступая, потащилась наверх. Затем поднялись мужчины, шаркая облаченными в чулки ногами, и, наконец, мисс Лэйн, постукивая высокими каблуками.
Лора села на кровати и отдернула оконную занавеску. Ни единого огонька, лишь тьма, плотная и сырая, напоенная ароматом влажной травы и садовых цветов. Вокруг царило безмолвие, если не считать резкого, внезапного свиста ветра в ветвях дерева рядом с кузницей. И такая тишина стояла всю ночь, разве только послышится топот копыт скачущей лошади, после чего раздается звон колокольчика у докторовой двери. В те времена на сельских дорогах не было привычного нам сегодня ночного движения.
Собеседование, имевшее место на следующее утро, вопреки ожиданиям Лоры оказалось не таким уж страшным. Сэр Тимоти очень ласково улыбнулся девочке, когда лакей ввел ее в рабочий кабинет со словами:
– Простите, сэр Тимоти, юная особа с почты.
– Какие за тобой водятся грешки? Браконьерство, поджог стогов, мелкие кражи? – осведомился сэр Тимоти после ухода лакея. – Если ты и в самом деле так невинна, какой кажешься на вид, к длительному сроку приговаривать тебя не стану. Ну-ка, подойди!
И он потянул девочку за локоть к своему креслу. Лора с готовностью улыбнулась, ибо по блеску проницательных голубых глаз под косматыми белыми бровями догадалась, что сэр Тимоти шутит.
Когда она наклонилась, чтобы взять перо и подписать толстую синюю бумагу, которую развернул сэр Тимоти, то вместе с окутывавшим его запахом табака, конюшен и деревенского твида ощутила атмосферу веселости, здравомыслия и добродушия.
– Сначала прочти! Прочти! – вскричал он потрясенным тоном. – Никогда не ставь свое имя ни под каким документом, пока не прочитаешь его, или однажды не глядя подмахнешь себе смертный приговор!
И Лора четко, насколько позволяла ее застенчивость, прочла «Заявление», которое в те серьезные времена обязаны были подписывать в присутствии мирового судьи даже самые скромные кандидаты в служащие ее величества.
«Я торжественно клянусь и заявляю, что не буду осуществлять, способствовать или потворствовать вскрытию или задержке любых писем или иных почтовых отправлений» – так начинался сей документ, после чего следовало обещание неизменно соблюдать конфиденциальность.
Прочитав текст до конца, Лора поставила свою подпись. Затем сэр Тимоти поставил свою и аккуратно сложил лист, чтобы девочка отнесла его мисс Лэйн, которая должна была отправить документ в вышестоящую инстанцию.
Сэр Тимоти, вероятно, был не слишком загружен делами в то утро, потому что долго беседовал с Лорой: спрашивал, сколько ей лет, откуда она родом, сколько у нее братьев и сестер, чему она училась в школе и понравится ли ей, по ее мнению, работать на почте.
– Тебя хорошо воспитали, – постановил он наконец веско, точно произносил приговор в суде. – И у тебя все должно получиться. Мисс Лэйн замечательная женщина – весьма деятельная и к тому же добрая к тем, кто ей по душе, хотя не приведи Господь с нею поссориться. Ей-богу! Помню, однажды, когда она была еще девочкой… Впрочем, пожалуй, лучше не рассказывать тебе эту историю. А теперь, полагаю, ты была бы не прочь немного подкрепиться. Пусть Перчис или Роберт покажут тебе дорогу в комнату экономки. Там в это время наверняка найдутся чай, кофе или что-нибудь еще.
Лора, слегка присев, ответила:
– Нет, спасибо, сэр Тимоти. Благодарю вас.
После чего вышла через дверь, которую сэр Тимоти любезно придержал перед нею, прошла по длинному, гулкому каменному коридору, который вел к боковой двери, и была очень рада, что никого не встретила, потому что, когда она входила, лакей нахально дернул ее за волосы и предложил поцеловаться.
