Я не стала вникать и уточнять. Боялась, что ответ Ком Хена разочарует или смутит. К тому же сейчас важнее было другое.
— Кто послал вонгви? — поинтересовалась я, задумчиво изучая плавающие в чашке чаинки. — Вы ведь уже узнали это. Правильно?
— Павел Федорович ошибается редко.
Ком Хен смотрел на меня внимательно, и я смущалась под этим взглядом. Наверное, поэтому и таращилась на содержимое чашки, опустив ресницы.
— Те, кто напал на вас — слуги тысячелетнего тигра. Они должны были убрать вас и доставить ему пинё. Меня почему-то не приняли в расчет. Вероятнее всего, посчитали, что комсин не будет вмешиваться.
— Но вы вмешались… почему? — не смогла промолчать я. Не знаю, что хотела услышать в ответ.
— Вмешался, — согласился Ком Хен. — Сложно сказать почему. Чувствовал за собой вину, знал, что вам угрожает опасность, и считал, что вы не заслужили неприятность или смерть. Слишком долго оставался в стороне…
— Что случилось с теми, кто угрожал мне? — Я решила не развивать дальше тему, и так было понятно, что на подвиги Ком Хена толкнули какие-то внутренние причины, а не неземная любовь ко мне. Но все равно было немного обидно.
— Ничего непоправимого. — Ком Хен пожал плечами. — Я не убийца, Лика, если вы говорите об этом. Просто в моих силах сделать любимцев Тигра бесполезными для него и для клана, а также безопасными для вас. Их можно списать со счетов. С этой стороны опасность вам больше не угрожает.
— Это хорошо, — выдохнула я и поймала настороженный взгляд черных глаз. По позвоночнику пробежало тепло, а во рту сделалось сухо. Все же Ком Хен был непозволительно красив. Странно, но я раньше этого не замечала. Сейчас тоже предпочла бы не видеть. Так проще, не болит сердце и не сжимается все внутри.
— Не очень хорошо. На их место пришли вонгви. Это, к сожалению, было неизбежно. А скоро явится сам Тигр. Я думал, у нас есть еще сегодняшний вечер. Наши недруги слишком быстро реагируют. Не получается держаться впереди хотя бы на шаг.
— То есть Тигр может появиться уже завтра?
В горле образовался тугой комок страха, и на секунду показалось, будто я разучилась дышать. Руки мелко задрожали.
— И что мы будем делать?
— Не обязательно завтра. Еще несколько часов назад я бы сказал: точно не завтра. Дня три-четыре у нас есть, но сейчас… Сейчас я не уверен ни в чем. Нам нужно прежде всего определить, что за артефакт пинё, и постараться решить вопрос миром. Не люблю действовать с позиции силы.
— Думаете, получится договориться? Я не заметила у тех, кто напал на меня, желания поддерживать диалог.
— Я пока не знаю, о чем говорить, и это все усложняет, — честно ответил Ком Хен. — Все, что у нас есть, — это легенда в пересказе Павла Федоровича. Тигр знает значительно больше. Нам необходимо получить дополнительную информацию о свойствах пинё и о том, как артефакт подействовал на вас. Когда мы будем это знать, тогда и решим, можно ли договориться с Тигром и чего нам это будет стоить. Выход должен быть обязательно.
— Да, — невесело хмыкнула я. — Убить тигра с помощью пинё. Я слышала про этот выход. Только вот не думаю, что смогу. Мне все это кажется диким нереальным бредом. Как я могу убить совершенно незнакомого мне человека?
— Он не человек, — отрезал Ком Хен.
— Как и вы, — парировала я, но, заметив, что мой собеседник дернулся, словно от удара, тут же добавила, ругая себя за вечную бестактность: — Но это ничего ровным счетом не меняет.
— Мы соберем сведения, изучим артефакт и вашу связь с ним, — спокойно проговорил Ком Хен, то ли приняв неловкие извинения, то ли просто решив не заострять внимания на моих словах. — А потом попробуем договориться с Тигром и нейтрализовать действие пинё.
— А если не получится договориться?
— Тогда его убью я. Тысячелетний тигр обладает огромной властью и силой, но, поверьте, комсин способен составить ему конкуренцию. Я сделаю все возможное для того, чтобы вы не пострадали и вам не пришлось во все это вмешиваться. Но нам необходимо знать как можно больше, и тогда сможем вести переговоры на равных.
— Значит… — Я задумалась. — Нам, наверное, стоит спешить? Чем быстрее мы найдем информацию, тем лучше.
— Стоит. — Ком Хен кивнул. — Надеялся успеть отыскать сведения вечером и ночью заскочить к Наташе. Но мы застряли в доме до утра. Про улицу и поездку можно забыть. Вонгви не отстанут, они уйдут только с рассветом.
— А чего боятся вонгви? Может быть, у нас все же получится вырваться? — с надеждой поинтересовалась я. Ночевать в холодном доме не хотелось. Да и рассказ Ком Хена заставил нервничать. Я мечтала, чтобы все закончилось как можно быстрее.
— Боятся красного цвета, некоторых знаков, огненного кинжала, но… нет, мы не выберемся. Их слишком много, и это чересчур опасно. Не стоит так рисковать.
— Ну и почему вы не купили в свое время красный, а не графитовый «корвет»? Тогда мы могли бы на нем умчаться, не опасаясь вонгви! — простонала я, пытаясь снять возникшее напряжение. Ситуация не располагала к шуткам, но и постоянно грустить нельзя, будет только хуже. Я это понимала и храбрилась как могла.
