— Это не слухи, — покачал головой эльф, встав рядом со мной, — у Фириана действительно есть сын, и он не только обладает магией земли, но и способен воплощать самые точные иллюзии.
— Откуда?..
— Неужели вы думали, что подобное останется тайной? — фыркнул эльф.
— Надеялись, — прошипел Фартрейд, но сказать что-либо еще не рискнул, а спустя пару минут двери распахнулись и несколько арэйвов внесли угощение. — В любом случае, — откусывая от бутерброда, произнес маг, — даже если это и так, доказать будет очень сложно. Честно говоря, я понятия не имею как!
— Я тоже, — кивнул Артвирт.
— Есть вариант, — задумчиво проговорил эльф, — но вряд ли на него согласятся, да и гарантии он не даст.
— И какой? — не сдержала любопытства я, впервые после ссоры посмотрев на эльфа.
— Скажу, если вы меня извините, — вдруг лукаво улыбнулся он, и я оторопело уставилась на появившиеся на щеках ямочки.
— Э-э-э… хорошо, прощаю.
— Тогда зовите меня Арлистиан, все-таки мы теперь кровники.
— Только до конца цикла, — буркнула я, чувствуя себя не совсем удобно под перекрестными взглядами наемников и Даагонских. Хорошо еще, что Расхарта со Сташи не было. Они убежали вместе с арэйвами договариваться насчет обручения. Вот тебе и верноподданнические чувства. Кстати, интересно, с чего такая спешка? — Хорошо, так какая идея?
— Достаточно банальная и трудоемкая, — покаялся эльф, — но за неимением лучшего можно попробовать. Все просто, — сдался он под нашими требовательными взглядами, — необходимо будет проверить каждого обитателя замка на остаточные чары иллюзий.
— Это нереально! — разочарованно покачал головой Артвирт. — Во-первых, прошло слишком много времени и теперь их сможет отследить только дэв. А во-вторых, никто не позволит, чтобы мы тут обследовали каждого на причастность. Тут же все поголовно знать! Крику будет…
— Какой крик? Почему? — В комнату ввалились довольные Расхарт и Сташи.
Я невольно опустила глаза. Видеть эту парочку мне было неприятно. Тягостное чувство буквально съедало меня изнутри, заставляя вспоминать о предательстве и невольно задаваться вопросом: «Почему? Чем я хуже?»
В душе взметнулось грязное облако, заставляя проснуться мою неуверенность, а я ведь только начала верить, что красива, что могу нравиться… Но меня резко опустили обратно на землю… сначала Рас, потом Итарон. К горлу подступил комок, а жалость к себе требовала спрятаться и выплакать боль и обиду.
Горячие сухие пальцы сжали мою ладонь, посылая теплый и нежный разряд силы. Удивленно вскинув голову, я встретилась взглядом с голубыми понимающими и сочувствующими глазами эльфа. Он сжимал мои пальцы точно так же, как еще вчера я держала за руку Раса. Я благодарно улыбнулась в ответ, чувствуя, что боль притупляется и возвращаются силы.
Тем временем вновь прибывших посвятили в придуманный эльфом план.
— Это нереально, — выслушав, звонко рассмеялась Сташи. — Тут каждая вторая женщина что-нибудь да прикрывает иллюзиями, да и мужчины тоже. К тому же все арэйвы склонны к этой магии. Почему сразу этот неизвестный маг-отступник?
— Потому что любую магию арэйва владыка бы распознал, — сухо проронил Арлистиан, глядя на нее. — Кстати, Расхарт, вы ведь частично дэв.
— И что? — вызывающе посмотрел на него полукровка.
— Как что? Вы вполне можете найти нужную эманацию силы…
— Нет! — не дала договорить эльфу Сташи. — Я не позволю! Рас, не соглашайся! Вы что, хотите его убить? Если он обратится к дэвской половине, то станет чудовищем, монстром, и вы убьете его!
— Сташи… — попытался остановить ее Расхарт, но девушка, казалось, даже не обратила на него внимания.
— Нет! Если ты решишься на это, то я не выйду за тебя замуж. Понял?
— Понял, — покорно кивнул Расхарт.
Вот так номер! Неужели радость от того, что Сташи согласилась стать его женой, полностью сделала его послушной, тупой скотиной? Что-то в душе поднялось такое, чему я не могла найти названия. То ли жалость, то ли презрение, то ли разочарование… но именно это, словно ледяная пена, укрыло и остудило ожоги на моей душе, оставив после себя пустоту и холод. Нет, Расхарт не мой и никогда им не был…
— Нэялин… — Эльф осторожно тронул меня за руку, вглядываясь в глаза. — Что? — почти безмолвно спросил он, но я лишь покачала головой, выдав жалкую улыбку.
Ничего, просто, когда разбиваются розовые очки, осколки часто попадают в глаза, но и выходят они со слезами, делая зрение четче, а радужку ярче.
— Когда за нами придут? — спросила я.
— Думаю, уже скоро. — Фартрейд кивком указал на закрытую дверь.
И точно, буквально через пару секунд створки отворились, являя нам стражников во главе с Элаасом.
— Отдохнули? Вот и хорошо! Идемте, все уже направились в склеп.
На этот раз путешествие по подвалам дворца произвело на меня не столь гнетущее впечатление. Во-первых, само осознание, что идем днем, а не ночью уже внушало более оптимистичные мысли, а во-вторых, в такой толпе невозможно испугаться. Особенно когда каждую минуту чувствуешь тепло и поддержку. Странный все-таки этот эльф. Такой знакомый и далекий одновременно…
