В краю мангров полностью

Имя Георга Даля не знакомо советскому читателю. Да и за рубежом до последнего времени оно было известно лишь в кругах специалистов-зоологов. Это и не удивительно: небольшая книга «В краю мангров» — первый шаг Даля на поприще писателя.

Но уже в этой первой книге проявился большой талант автора. Она написана с настоящим мастерством, мастерством, основанным на глубоком знании и понимании природы, на симпатии к людям, на любви к жизни во всех ее проявлениях. Успех и всеобщее признание, которые принесла Георгу Далю его книга на родине, в Швеции, вполне закономерны.

Георг Даль — профессор, зоолог, точнее, ихтиолог, хотя и не ограничивается изучением рыб. В равной мере его интересуют и пресмыкающиеся, и птицы, и звери, он прекрасно ориентируется во всей многообразной фауне, что дано далеко не каждому специалисту-зоологу. Такая универсальность Даля как ученого придает особую достоверность и одновременно занимательность его повествованию.

Около двадцати пяти лет жизни посвятил Георг Даль изучению фауны Южной Америки, преимущественно Колумбии. Работал он в основном на побережье и островах, гак как все-таки его главная страсть — морские рыбы. По нередко он принимал участие и в экспедициях по исследованию центральных участков страны, поднимаясь по рекам в труднодоступные и совершенно неизученные районы сплошных тропических лесов.

Немало интереснейших открытий выпало на его долю. Он находит и описывает новые для науки виды, уточняет их географическое распространение, наблюдает многие интимные стороны их жизни.

Но, пожалуй, самое ценное, что обретает Георг Даль в своих странствованиях, — это любовь и уважительное, бережное отношение к природе. Именно поэтому в его книге совершенно отсутствуют позерство, погоня за сенсацией, «густые» краски.

Под трезвым взглядом исследователя исчезают столь приевшиеся и уже порядком надоевшие «ужасы сельвы». Нет в книге ни пираний, заживо обгладывающих неосторожного купальщика, ни катастрофических нашествий муравьев, ни кровожадных вампиров, ни отравленных стрел индейцев — всех этих затасканных аксессуаров каждой приключенческой повести.

Все просто, привычно, даже буднично. Аллигатора для зоологической коллекции нужно застрелить так, чтобы не повредить череп (он потребуется для точного определения вида!), ядовитую змею следует поймать и осторожно поместить в банку со спиртом, неизвестную черепаху (она же сверхъестественное страшилище!) необходимо живьем доставить в зоопарк. И что замечательно: тропический лес, действительно полный опасностей, становится близким, доступным и именно поэтому удивительно реальным.

Книга «В краю мангров» состоит из двенадцати глав, не связанных единой сюжетной линией. Каждая из них настолько цельна и законченна, что воспринимается как самостоятельная новелла. Не все эти новеллы выдержаны в одном ключе, но все написаны прекрасным языком и приятно поражают высокой художественностью, лиризмом, яркостью образов и оптимизмом.

Рассказывая о животных, Георг Даль часто «очеловечивает» их поступки и чувства. Но каждому ясно, что антропоморфизм Даля лишь литературный прием. Использование этого приема требует большого знания животных, понимания их характера, специфического «глаза» и оценке их внешности и поведения. Если бы у Даля не было этих качеств, вместо четкой, выпуклой, запоминающейся характеристики животных получилась бы слащавая болтовня.

Георг Даль — большой мастер «звериного» портрета и в этом отношении напоминает Джеральда Даррелла, одного из популярнейших писателей-анималистов нашего примени. Даррелл, кстати тоже зоолог-профессионал, прибегает к антропоморфизму еще шире, и именно благодаря этому образы его четвероногих и пернатых друзей так неповторимо обаятельны.

Очень велико познавательное значение книги Георга Даля. Читатель найдет в ней массу интересных сведений и о животных, и о растениях, и о людях Южной Америки, этой во многом еще загадочной страны. Особенно о, и но то, что все эти сведения абсолютно достоверны и не нуждаются в дополнительной проверке. В области научно-художественной литературы это явление не частое.

Картины природы даны несколько лаконично, сдержано, но удивительно верно. В каждом слове чувствуется точность настоящего натуралиста, что не только не умаляет, но скорее подчеркивает прелесть и тропической ночи, и мангровых зарослей, и песчаного морского берега.

Читая Георга Даля, невольно проникаешься его мыслями и чувствами, переносишься в дорогие ему места, ощущаешь аромат подлинной экзотики.