Кстати, если говорить о реальности, вымысле и умении заметить за разрозненными фактами, то книги Полины Дашковой, пожалуй, ближе всего стоят к решению этой проблемы. К таким, на наш взгляд, можно отнести “Кровь нерожденных”, “Легкие шаги безумия”… К какому ряду отнести частного детектива и красавицу Марию из цикла повестей Натальи Корниловой — сказать трудно. Мария ведь умеет стрелять и убивать при помощи любого предмета — медной пуговицы, куска проволоки, монеты, а в минуту высшего напряжения она обращается в пантеру… А все объясняется легко: некий японец обучил пять сирот искусству выживания. В живых осталась только Мария. Вот она и охотится в джунглях российской преступности. Но здесь от реальной жизни до сказки уже не шаг — полшага.
Отличие третье: личность в сюжете, стиль, язык
Мы уже писали о том, что несомненной особенностью анализируемого поджанра является обилие женщин. Авторы — женщины, главные героини, их подруги, родные, знакомые — тоже женщины. Мужчинам в дамском криминальном романе разрешается присутствовать лишь в качестве трупов, подозреваемых и бандитов вообще, а также — представителями правоохранительных структур, с которыми иной раз советуются, всячески подчеркивая при этом, “какие они, менты, — дурни…” Женщины-расследователи, как мы уже отмечали, как правило, молоды, красивы, сильны. Они имеют массу свободного времени на поиски преступника (как тут снова не вспомнить советскую женщину-труженицу, шлепающую домой после многочисленных стояний в магазине с полными авоськами). Поэтому одно из основных требований к главной героине — праздность. На эти роли годятся бывшие балерины, музыкантши, художницы. В отдельных случаях — журналистки, библиотекарши. В большинстве случаев героини прекрасно управляются с компьютером, классно водят автомашину (желательно иномарку), метко стреляют и, подобно серовской героине Тане Ивановой, умеют сильно бить ногой в промежность…
Еще одна особенность наших героинь, отмеченная критиками (в частности, О. Дарком), постепенная и незаметная люмпенизация главных героинь. Любая повесть или роман начинается с появления вполне нормальной героини. Постепенно по мере погружения расследовательницы в мир преступности, меняется ее стиль разговора, внешний облик, язык. Вместе со своими преступными героями и сама сыщица как бы опускается на дно. И нет никаких оснований считать, что с окончанием расследования она станет такой, какой была “до” — чистой, целомудренной, оптимистичной.
Причем, некоторые авторы искренне полагают, что “обаяние и порок — это почти одно и то же (цитируем Н. Васину)! Например, моя героиня Ева Курганова очень обаятельная, положительная, а на самом деле ужасно порочная…”. Для читателя, взявшего на себя труд ознакомиться хотя бы с десятью страницами любого романа Васиной, эта фраза вряд ли окажется откровением.
Многие исследователи современного криминального романа, в том числе и женского, справедливо полагают, что в последнее время понятия добра и зла значительно сместились в литературе и сегодня весьма непросто разобраться в коллизиях современного мира. Если антигероя славно избивают “в поисках истины”, требуя от него признания в том, что, как впоследствии выясняется, человек не совершал, — как расценивать это — добро или зло? Ведь намерения у следователя самые похвальные. Если героиня в процессе поиска убийц сама выносит приговор и приводит его в исполнение — есть ли это торжество справедливости?
На фоне массового беззакония как архипелаг надежды выглядят более двух десятков романов А. Марининой. Ее героиня тоже не всегда в ладах с законом, она может воспользоваться услугами мафиози для достижения благородных целей. Но в главном конфликте между законом и преступниками она всегда на стороне закона. И здесь нет высоких чинов и неприступных личностей. По этой части Настя Каменская во многом напоминает постоянного героя незабвенного Н. Леонова — Леву Гурова, для которого так же не существовало неприступных преступников…
Саму же Настю Каменскую исследователи рисуют как “бесстрашную, эмансипированную особу, представляющую собой тип женщин “в джинсах и кроссовках”… С представителями подобной литературы других авторов ее роднит наличие на страницах романов западных автомобилей, бутиков, кафе, словом, всех атрибутов столь непохожей на советское прошлое современной жизни.
Романы А. Марининой построены на контрастах: рядом с вечерним кофепитием, домашними заботами и мирным мужем Алешей Чистяковым возникают ужасные преступления, горы трупов, отвратительные лики преступников…
