Сказано сильно, но по прочтении двух-трех произведений, написанных в наши дни, чувство медленного обрастания шерстью довольно сильно… Еще немного, и, кажется, возьмешь в руки дубину. Многие герои триллеров так и сделали… Потому нельзя не согласиться с мнением критика, что каково общество — таково и его искусство. Время высокой литературы, полагает А.Курчаткин, кончилось. Настало время литературы низкой… А коль так, то нынешний бум детективно-мистической литературы легко объясним. Мистика и детектив, минуя разум, обращаются напрямую к сознанию человека. Играют на его самых низменных чувствах. Читатель уже не сопереживает героям, а радуется, умирает от страха. И включается в предлагаемую игру, ищет разгадку действия мистических сил, предполагаемого убийцу, “несметные сокровища Агры…” И здесь уже не нужен изящный стиль, тщательно подобранные слова, тонко разработанный сюжет… “Словесная ткань детектива примитивная и грубая, как мешковина, вся в зияющих прорехах…”
Мы не случайно так подробно цитируем статью Ан. Курчаткина “Вперед, к детективу и триллеру?”, имеющую подзаголовок “Размышления о парадоксах жанра”. В чем-то спорные и действительно парадоксальные, эти заметки переводят проблему остросюжетного жанра в плоскость жизни, которой лучше заниматься уже не литературоведению, а психологии. Кстати, в этой плоскости идея имеет перспективу: в стране не меньше образованных людей, а коли так, то классический роман XIX века откладывается в сторону, а на первое место выходит любовный роман, детектив или мистический триллер: в них меньше движений души и всяких тонких штучек. “Он схватил ее за грудь и все заверте…” — как писал классик. Или еще круче: “Ребром ладони он ударил по шее противника. Раздался хруст позвонков…”
И все же… Все же остросюжетный роман возрождается после клинической смерти и, как всякий возрождающийся, он болеет. Но за болезнью очень часто приходит полное выздоровление. С надеждой на это мы и работаем над нашей книгой.
А коль детектив родился и, надеемся, скоро выздоровеет, попробуем разобраться в его особенностях и отличиях от прошлого советского собрата.
1. Нельзя не отметить вторичность постсоветского детектива. В конце 80-х рынок буквально заполонила масса новинок отечественного производства. И писатели, и издатели торопились вытолкнуть в продажу как можно больше книг, с обложек которых, совсем как в западных триллерах, крутобедрые мужественные красавцы палили друг в друга из кольтов, автоматов и гранатометов… Все это называлось (и называется) российским детективом или триллером. В горячке издательства не замечали даже, что свежее варево полностью повторяет уже порядком остывшую похлебку заграничную. Об этом емко выразился один русско-американский писатель: “Теперешняя детективная беллетристика России просто обречена плестись в хвосте у массовых жанров западного образца”. Время упущено. Пока отечественные писатели создавали “нетленные образцы славных борцов за справедливость”, западный детективный жанр совершенствовался и развивался. Сегодня можно говорить лишь об отечественных Агате Кристи и Конан Дойле, в книгах которых доморощенные Шерлоки Холмсы и Ники Хаммеры совершают свои вторичные подвиги. Как говорит Л.Гурский, “издатели ведут меж собой тихую позиционную войну уже за “доппелей”, то есть, за “вторые номера” в обойме. Раскрученная прессой Александра Маринина уже называется “русской Агатой Кристи”, хотя, пожалуй, самый наблюдательный критик ничего ни “миссмарпловского”, ни “пуаровского” в ее пухлых романах не найдет. И так по всей линии фронта — от шпионских романов до иронических детективов… Дольше всех “крепился” т. н. адвокатский роман, которого вообще не было в советском детективе. Но и он сдался. Новая серия Ф.Незнанского “Господин адвокат” являет нам нового “доппеля” — русский Перри Мейсон — адвокат Юрий Гордеев. Вторичность современного детектива несомненна. Даже там, где отечественной литературе нет аналогов за рубежом, современный отечественный детектив находит возможности быть “доппелем” у старого, дореволюционного. Характерный пример — книги Л.Юзефовича, В.Лаврова, Б.Акунина, в большей или меньшей степени продолжающих темы приключений полицейских сыщиков старого доброго Петербурга и прочих уголков Российской империи.
