Вскоре наконец заросли остались позади. Мы вышли в широкое поле к развалинам. Когда-то здесь был роскошный королевский двор с розарием, но сейчас от него остались развалины. Чтобы убрать царивший беспорядок, понадобились бы сотни лет. Пройдя чуть дальше, я на миг остановилась, подняв голову. Гигантский величественный каменный дворец с высокими шпилями башен и большими окнами, забранными железными решетками, отнюдь не выглядел таким, каким раньше казался. С него спало все величие, разрушилось за прошедшие века. Растения ползли по нему, а трещины, появившиеся после сильнейшего удара во время покушения Безликих, расползались, увеличивались в размерах и количествах. Некоторых башен уже не осталось. Вместо них – пустое пространство. Практически во всех окнах отсутствовали стекла. Полуразрушенный замок погрузился во мрак. Он как будто утонул в столетиях, оставив только оболочку. Когда-то здесь царила жизнь, а сейчас – ничего. Пустота. В голову вдруг ударили воспоминания: три маленькие девочки в зеленых и красных пышных платьях со смехом бегали друг за другом около замка. Вокруг летали бабочки, светило яркое солнце, расцветали первые цветы и распускались почки на деревьях, пели птицы, прилетевшие из дальних краев после зимы. Я видела все это как наяву. Хотелось остаться здесь, в детстве, в прошлом, но это невозможно.
Заблокировав воспоминания и вернувшись в реальность, последний раз я окинула грустным взглядом дворец. От него должно веять зловещим ужасом, а не напоминать те времена, которые никогда не повторятся. Это место я вынуждена забыть, стереть из памяти и никогда больше не возвращаться. Никогда… Лучше похоронить себя, чем пытаться забыть то, что не забывалось. Снова надев маску безразличия, я направилась внутрь заброшенного королевского дворца. По пути не смотрела по сторонам, не разглядывала темные помещения и коридоры. Не хотела знать, как все изменилось, не хотела возвращаться в прошлое, которое поклялась забыть. Холодок пробежался по коже, когда мы с сестрой спустились вниз, где находился секретный выход из замка. Оказавшись в длинном, узком и сыром каменном коридоре с низким потолком и крысами, которые здесь давно устроили свои убежища, я торопливо двинулась дальше, потянув следом сестру. Меня ничего не волновало: ни отвратительные запахи, ни шорохи животных. Сквозь кромешную тьму я видела все. Последний раз мы с мамой куда-то шли здесь. Она тогда была с факелом, а мы с сестрами едва понимали, что нужно идти. Нас разбудили посреди ночи и заставили немедленно покинуть родной дом.
Повернув влево, я остановилась. Железные прутья решетки оказались открыты. Войдя в маленькое помещение, напоминающее темницу, где в центр светила луна сквозь одно-единственное окно, закрытое стальной решеткой, я увидела два деревянных гроба. Один был открыт, вокруг валялась толстая серебряная цепь. Я подняла ее, а затем помогла сестре лечь, укрывая своим пальто. После того как закрыла крышку и обмотала цепью, уже перед выходом я внезапно вспомнила, что забыла спросить. Камилла не раз упоминала о своей плохой памяти. Пожалуй, теперь настала моя очередь сетовать на это. Закатив глаза, я вернулась к гробам, размотала цепь и открыла снова. Старшая сестра не спала, но находилась в трансе.
– Прости, забыла спросить. – Виновато выдавила улыбку. – Что просила передать Анжелика?
– Она просила передать, что Лилиана хочет убить ее. Сестра просит твоей помощи, – как робот, протараторила та.
– Благодарю. Прости, но я пока не готова видеть и слышать тебя. Ты мне напоминаешь о том, что я не хочу вспоминать… Спокойной ночи. – Захлопнула крышку гроба и заново обмотала серебром.
Прежде чем покинуть замок, в последний раз оглядела комнату с гробами. Когда-то здесь я впервые увидела его, закованного в цепи, бледного, с кровоточащими порезами и множеством шрамов на обнаженной груди. Когда он поднял голову, я узнала темные глаза, в которых раньше был свет. Увидев в ту ночь меня, он долго смеялся.
