Рон показал мне тёмную полоску у самого горизонта.
— Видишь? Это деревья. Там и вода есть.
Я смерила расстояние взглядом.
— Далековато. А поближе воды нет?
— Поближе нет. Вот тебе фляга — держи, — Рон сунул мне в руку кожаный мешочек с тугой завязкой у самого горла. Мало напоминает флягу, но воду набрать можно.
Едва я отошла от нагромождения красных валунов, как тут же солнце палящее и беспощадное, обдало меня нестерпимым жаром. Тёплое платье противно облепило вспотевшее тело, а ноги в сапогах, подаренных Лèдой, заныли, задыхаясь в жарком тесном пространстве.
Я разулась, воровато оглядываясь, стянула колготы и закатала рукава платья, насколько это было возможно. Стало чуть легче, но почти тут же я поняла, что идти босиком по колючей сухой траве невозможно. Когда же возле моих босых ног ртутью мелькнуло тонкое тельце маленькой и наверняка очень ядовитой змейки, я и вовсе отбросила мысль разгуливать по степи босиком и торопливо натянула сапоги. Ничего, как говорила бабка Вера — жар костей не ломит!
Сзади меня раздался шорох, и я живо обернулась, готовая встретить любую опасность. Животное, ростом с большую кошку с злобным шипением отделилось от красных валунов и бросилось в степь, направляясь, как и я в сторону Белого ручья. Я пожалела, что оставила свою острую палку (вернее палку Каàта), мало ли какая опасность повстречается на пути, а у меня в руках ничего, кроме крепко скрученных колготок.
Я в сомнении смерила расстояние, пройденное мною от красных камней в сторону ручья, и решила вернуться.
— Рон, знаешь, я возьму с собой…
Слова застряли в моём горле.
С момента моего ухода, яма не стала глубже ни на йоту. Рон деловито рылся в карманах покойного, вытаскивая на свет разные предметы, а самое главное: меж бурыми скалами тонко сочился не замеченный мною ранее ручеёк и хозяйственный Рон подвесил под его слабую струйку кожаный мешочек.
— Ро-он! — возмущению моему не было предела. — Какого чёрта ты послал меня к Белому ручью?!
Рон вскочил на ноги и оскалил редкие мелкие зубы.
— Не рассчитывай на наследство вождя Нỳрлингов! Убирайся, ты ничего не получишь!
В руках он крепко сжимал вымазанный в земле нож.
— Рон, — я старалась говорить спокойно. — Какое наследство? Жалкие побрякушки, которые ты стащил у мертвеца? Они мне не нужны.
Рон по-прежнему смотрел недоверчиво.
— Откуда тебе известно о планах Каàта? Ты лазутчица Короля?!
— Да не знаю я твоего короля!
— Все знают Короля!
— Хорошо! Все знают короля, все хотят получить наследство вождя нутур… нутурлингов? Нỳрлингов! Отлично! Хочешь от меня избавиться? Замечательно! Просто, покажи мне дорогу к людям. Каким угодно! И делай дальше что хочешь: копай могилы, храни свои дурацкие тайны, я не собираюсь вмешиваться в твои дела!
Рон молчал, казалось он был в замешательстве.
— Ты хочешь пойти в город Короля?
— Мне всё равно. Хуже, чем эта пустыня всё равно ничего не будет.
Рон опустил руку. Тусклое лезвие ножа воткнулось в холмик разрытой земли.
— Я никогда не был в городе. Каат говорил: горожане не любят степных жителей.
— А где город?
— Там, — Рон махнул рукой в сторону Белого ручья. — Но я туда не пойду.
— Куда же ты пойдёшь?
Рон снова заколебался, раздумывая над ответом и, наконец, решился.
— Мы с Каàтом шли в Лисью падь. Там нỳрлинги приняли последний бой.
— Понятно. На экскурсию?
— Что?!
— Зачем вам нужна была эта Лисья падь? Старик хотел показать тебе место последнего боя?
— Не только.
На этот раз Рон не долго сомневался, и разом выпалил мне если и не все, то многие планы старика Каàта.
— Я не хотел идти. Я вырос с племенем наàпа. Это мирные люди. Мы умеем читать и у нас есть книги!
Рон посмотрел на меня с наивной гордостью дикаря, и я не стала над ним смеяться.
— Правда? Интересные?
Рон усмехнулся снисходительно.
— Глупая, разве знания, что сокрыты в книгах могут быть неинтересными?
Глаза его загорелись, и он заговорил с воодушевлением, забыв о своей недоверчивости, жарком солнце и мёртвом старике.
— В книгах все знания мира! Все, понимаешь?! У нас в наàпа мало книг… это плохо. Зато я прочитал все! Не веришь?! Правда! Но наàпа сами книг не пишут, вот я… сам хотел написать!
— Да?!
— Да. Только не говорил никому. Потом пришёл Каàт, стал звать с собой. Я не хотел. Тогда Каàт рассказал про Город… знаешь сколько там книг?! Каàт говорил — горы! Вовек не перечитать! Степных жителей в Город не пустят и книг не дадут… прогонят, посмеются. А то и изобьют…
Рон мрачно покачал головой и с одержимой решимостью вернулся к разрытой яме.
— Надо докопать могилу. Скоро ночь и на запах сбегутся звери.
Я поняла, что между нами снова мир и с готовностью принялась ему помогать.
— А при чём здесь Лисья падь?
Рон смерил ладонями глубину ямы, прикидывая, годится ли она для могилы.
— Похоже, хватит. Поможешь?
Преодолевая отвращение, я схватила старика за тощие ноги, обёрнутые, как и всё тело в толстый дорожный плащ. Плащ служил для покойника саваном, больше его завернуть было не во что.
