— Нет. Зара была помощницей моей матери. Наши отношения были для нее как бельмо на глазу. Она не считала Зару достаточно умной, чтобы быть моей супругой. Её IQ был ниже ста двадцати, поэтому она не прошла проверку на более высоком уровне.
— Твоя мама просто прелесть. — Ей хотелось отчитать эту женщину. В качестве эксперимента жестоко обращалась с собственным ребенком, а после того, как все пошло не так, в результате пострадала. Какая нормальная мать диктует своему сыну, на какой женщине жениться? Ладно, в наши дни такое тоже случается. Свекрови, как правило, хронически недовольны своими будущими невестками.
— Да, мать была нечто. Её убили во время нападения повстанцев четыре года назад. — сказал он безэмоционально.
— Мне жаль. А твой отец?
— Мой отец был хорошим человеком. Он хотел, чтобы мать прекратила свою деятельность. Она не захотела это терпеть, рассталась с ним, когда мне было восемь, и добилась постановления суда, запрещающего ему видеться со мной. Моя мать яростно утверждала, что он симпатизирует повстанцам. Кто знает. В детстве я считал своего отца героем. — Когда он говорил о своем отце, его голос изменился. Ксио почувствовала тепло и глубокую привязанность. Маленький мальчик, который гордился тем, что его отец был бойцом повстанцев.
Он поднял глаза и посмотрел на нее.
— А какая у тебя семья?
— Непримечательная. — Ксио подарила ему искреннюю улыбку.
— Как семья, которая воспитала кого-то вроде тебя, может быть не непримечательной?
Его мнение на мгновение лишило ее дара речи. Ксио сглотнула, заметив, как румянец заливает ее лицо. Она смутилась и опустила голову, спрятавшись за своими длинными волосами, словно за ширмой.
Элайджа убрал прядь волос с ее лица и положил свою теплую руку на ее щеку. Он нежно погладил ее.
Девушка решила открыться перед ним, как ранее сделал он.
— В моей семье нет ни генетиков, ни профессоров. Моя мама простая продавщица. Мой отец был геологом из Гондураса. Я родилась в Тегусигальпе, в столице Гондураса, и у меня есть старший брат. Но я выросла в Германии. Мой отец погиб в результате несчастного случая на геологической экскурсии. Мне тогда было пять лет. Мама умалчивает о точных обстоятельствах его смерти. Позже, когда мне было десять лет, она снова вышла замуж за американца. Как только я достигла совершеннолетия, мама переехала с ним в Штаты. Мой старший брат Марсель живет в доме родителей в деревне, а я переехала в город. Я хотела немного пожить в свое удовольствие. Мы рассорились. Он не одобрял моего мужа. Я на своем горьком опыте слишком поздно поняла, что он был прав.
Его рука все еще лежала на ее щеке. Неожиданно Элайджа поцеловал ее. Его губы лишь слегка коснулись ее губ. Этот поцелуй можно было назвать целомудренным. Он слишком быстро отстранился от нее. Откашлявшись, Элайджа опустил руку и повернулся к компьютеру.
— Честно говоря, я не могу справиться с этим ноутбуком. — Ксио обрадовалась, что он направил тему в другое русло. Но она бы с удовольствием хотела бы и дальше ощущать его прикосновения.
— Можно спросить, что ты собираешься с ним делать? — Взяв мышку, она открыла окно браузера. С помощью нескольких щелчков мыши и нажатий клавиш девушка открыла информационный сайт полиции Франкфурта. Отчет об убийстве был на главной странице. Возле текста была размещена черно-белая фотография предполагаемого преступника. Снимок был сделан на подземной парковке.
Мужчина был одет во все черное. Его глаза были скрыты за темными солнцезащитными очками. Он был похож на бодибилдера, просто гора мышц на двух ногах. Она бы не хотела встретить такого мужчину в темном переулке ночью. Его почти белокурые волосы сразу бросались в глаза.
— Это он?
— Да. Это Исаак. Похоже, он даже не заморочился с маскировкой, чтобы его никто не узнал. — Выражение его лица стало мрачным, как темная ночь. — Я не думаю, что ему потребуется сорок восемь часов, чтобы найти свою следующую жертву. — Элайджа взглянул на настенные часы, которые показывали почти полдень.
— Ему все чаще необходимы острые ощущения, которые он испытывает от убийств. Я уверен, что он уже давно похитил свою следующую жертву. Есть ли способ найти пропавших людей в районе Франкфурта? Исаак не уйдет далеко, так как ошибочно предполагает, что ему не угрожает опасность.
Ксио напечатала на клавиатуре несколько ключевых слов и быстро нашла необходимую информацию.
— Замужняя женщина, двое детей. Это еще не официальная информация, так как она пропала всего на несколько часов. Это личный пост ее семьи в Фейсбуке.
— в Фейсбуке?
— Это социальная сеть, которая, видимо, больше не существует в твое время.
— Нет, коммерческие, межличностные сообщества были запрещены после войны. Они представляли огромную опасность, преступники использовали их для налаживания связей друг с другом. Есть некоторые контактные сети, но они под контролем государства.
— Да, это, на самом деле, рискованно. Также они перегружены бесполезной информацией. Много бессмысленных обновлений статуса.
— Где именно пропала эта женщина? И как давно?
