— У меня теперь есть свой личный диетолог? — И это говорил мужчина, который питался совершенно чуждой для нее едой. Ксио обдумывала совет врача. Конечно, она бы поехала за Элайджей, если бы он жил в Штатах или где-нибудь еще в ее линии времени. Но сопровождать его в тот далекий, утопический мир было для нее жутко. Был ли это мир, в котором она хотела растить своего ребенка? Она не знала ответа и чувствовала себя разбитой. Ксио боялась будущего, но и воспитывать ребенка без Элайджи тоже казалось неправильным. Ей хотелось, чтобы он был рядом.
— Твой сэндвич невкусный или ты не голодна? — Элайджа вырвал Ксио из своих мрачных мыслей.
— Ни то, ни другое. А что? Ты хотел доесть? Я удивлена, что ты можешь столько слопать.
— Я ранен, в таком случае у человека более быстрый обмен веществ. — Он потянулся за пакетом с бутербродами на заднем сиденье. Его быстрый обмен веществ был связан не только с ранением. Он любил поесть. — На одном — сыр.
— В расплавленном виде он очень вкусный.
— Но это все еще мертвое животное, просто горячее.
— Это не мертвое животное. Это ферментированное грудное молоко животного.
— Если ты так говоришь.
Ксио рассмеялась.
— По чему я не скучаю, так это по нашему питанию, — он лукаво ухмыльнулся.
— А есть вещи, по которым ты скучаешь?
Элайджа рассмеялся.
— Моя кровать. Современная медицина. Лечение в двадцать первом веке и ремесло мясника мало чем отличаются. — Его забинтованная рука лежала на широкой груди в щадящем положении. — Думаю, мне не следует жаловаться. Я скучаю по своей машине, а ты не позволяешь мне водить.
— У тебя нет действительных водительских прав.
— Да все было бы прекрасно! — Элайджа постучал пальцами по своему виску.
— Здешние приборы не смогут сканировать вживленные чипы, поэтому они не в счет, если нас остановит полиция, — напомнила ему Ксио. — И переключение передач…
Уголки его рта дернулись вверх, губы скривились в хитрой ухмылке.
— Ненужные прибамбасы.
— Ты говоришь так только потому, что не можешь с этим разобраться.
— Пфф! Я бы с удовольствием поездил на Porsche.
Ксио покачала головой, смеясь. Она любила даже эти маленькие перебранки с Элайджей и будет по ним ужасно скучать, будет ужасно скучать по нему. Одно можно было сказать наверняка — если она отправится с ним, Грегор останется в прошлом в буквальном смысле. Но хотел ли Элайджа вообще, чтобы она сопровождала его? Он застрял здесь, и его коллег не было видно на горизонте. Кроме того, была еще эта зловещая Зара, о которой он почти ничего не рассказывал. Они женаты или нет. Когда он говорил о ней, на его лице играла восторженная улыбка, а его сапфирово-голубые глаза сияли. А через секунду он казался глубоко несчастным. Если бы они расстались по обоюдному согласию, Элайджа так бы себя не вел. Одно было совершенно ясно — он любил Зару и, скорее всего, продолжал любить.
Ксио должна, наконец, перестать думать об их совместном будущем.
— Ты уже в других мирах, куда я не могу следовать за тобой, Ксиомара. С тех пор, как ты вернулась от доктора, то погрузились в глубокие размышления. С тобой действительно все в порядке? — Ее мечтательность казалась ему подозрительной. Пожалуй, Элайджу стоило хотя бы немного посвятить в свои игры разума.
— Я думала о нас.
— О нас. А что с нами?
— Есть ли вообще
Элайджа тихо фыркнул:
— Конечно, есть мы.
— А когда твое дело будет раскрыто?
Ксио почти что видела, как в его голове крутятся маленькие колесики. Элайджа не отвечал.
Его молчание подтвердило ее догадки. Она была для него лишь приключением. Дома его ждала красивая и умная жена. Пора пробудиться от своих грез.
— Мне нужно найти новое место для жизни, и, как мне кажется, будет лучше, если я уеду из старой доброй Германии.
В ответ Элайджа кинул на нее беспомощный взгляд и едва заметно пожал плечами. Он не стал предлагать «Ну, так пошли со мной!»
— Это сейчас неважно. Там, впереди, что-то происходит. — Ксио взяла бинокль ночного видения и осмотрела черный вход медицинского центра. Она увидела тень, пробежавшую между двумя мусорными баками. Это также мог быть просто бездомный, который хотел порыться в контейнерах. Но нищий человек, наверное, не стал бы копаться в мусоре частного врачебного кабинета. Кроме того, баки запирались на замок. — Возле баков.
Элайджа пристально посмотрел в указанном направлении.
— Вижу… подожди минутку.
Ксио узнала массивную фигуру, которая вышла из тени в свет фонаря. Он буквально звал их к себе.
— Исаак знает, что мы здесь?
— Маловероятно.
Человек бросился к черному входу.
— Ты остаешься здесь! — приказал Элайджа, а затем рывком открыл дверь и выпрыгнул из машины. — Это наш шанс.
