Утром чувствовала себя разбитой и здоровой. Температура чуть не дотягивала до тридцати семи, но я была уверена, что уже к обеду она будет в норме. В доме опять было тихо. Ни Марины, ни Оли с Олесей я не нашла. Зато натолкнулась на Виктора, готовившего завтрак.
– Где все? – Говорить «доброе утро» у нас не привилось.
– Если ты про домработниц, у них оплачиваемые выходные. Настя советовала обеспечить тебе покой, а с ними его не будет. Шмель с Пашей охраняют склады.
– Опять? За что? – Села за стол, пытаясь понять, что готовит Виктор. То ли яичницу, то ли омлет.
– Ты задержалась на работе, не вышла вовремя, а они чухнули, когда ты уже была в отключке.
– Я не первый раз задерживалась.
– Они должны были проверить. Не переживай за них. Им втроём там будет весело.
– Только не говори, что ты и Анастасию Сергеевну туда сослал. – Спрашивала на полном серьёзе, потому что за ним станется.
– Для неё у меня иные формы наказаний. – Откашлялся, только я и без подробностей поняла, не маленькая уже.
– Так кто третий?
– Куся. Шмель сказал будет её дрессировать.
– А он не забыл спросить моего разрешения? – Возмутилась наглости своей няньки.
– Все претензии можешь высказать ему по телефону, ну или через неделю, когда он вернётся.
– А кто будет меня везде возить?
– Никто. Ты не выйдешь за пределы территории пока не окрепнешь. Неделя минимум.
– Снова тотальный контроль?
– Благоразумие чистой воды. – Наигранно развёл руками, типа совсем не при чём.
– И кого мне доставать?
– Меня. Я буду работать из дома.
– Ну и какой твой любимый фрукт? – Пересилила себя, пытаясь быть нормальным человеком.
– Яблоки. – И передо мной появилась тарелка с какой-то мудрёной яичницей, внешне симпатичной и пахнущей вкусно. – Шампиньонов в ней нет, не переживай.
– Тебе все и про всё докладывают?
– Нет, но я стремлюсь к этому. – Виктор положил порцию и себе, расположившись напротив меня.
– Я хочу покрасить волосы. – Да, аппетит я умею портить, но он сам напросился.
– Зачем?
– Хочу разнообразия. Никаких крайностей. Блондинкой, брюнеткой и рыжей я уже была. Хочу сложное окрашивание. Ничего вызывающего. У корней и почти до плеч цвет останется мой, плавно переходящий в платиновый блонд с голубым отливом.
– Вкусно рассказываешь.
– Так можно? – Виктор смотрел на меня с недоверием. И это я начала свой марафон с самой безобидной просьбы.
– Можно, но мастер приедет сюда.
– Я даже не сомневалась. Одолжишь мне телефон, хочу успеть договориться, пока ты не передумал.
– Почему до сих пор не купила новый?
– А зачем он мне? Я всегда или дома, или на работе, либо с кем-то из твоих людей.
– А как же общение со Стеллой, ну или коллегами по работе. Шмель доложил, что ты дважды обедала с симпатичным врачом и тот облизывался на тебя. – Теперь мне было уже меньше жалко Шмеля, может перестанет делать неверные выводы.
– Я хотела раскрутить его на ассистирование во время операции, а Шмель всё испортил своим фирменным пристальным взглядом, ещё и улыбнулся, гад.
– Что стоящая операция?
– Нет. Простой аппендицит.
– Тебе не кажется, что нечестно использовать человека? Что ты будешь делать, если он влюбится?
– Вообще-то я использовала метод лести. Такие как он растекаются от подобного. И любит он исключительно себя.
– Ты не перестаёшь меня удивлять. – Виктор посмотрел на меня пристальнее, изображая, что увидел что-то необычное, явно переигрывая.
– Хватит обо мне. Твоя очередь. Чем ты занимаешься?
– Основное направление моей деятельности металлургия.
– То, что это круто, я поняла исключительно по твоему тону. Тебя так и распирает от гордости.
И Виктор объяснил, почему то, чем он занимается настолько круто. Оказалось, что он одержим так же, как и я, просто умело это скрывает. Виктор красиво ушёл от подробностей как начинал и про пять пулевых тоже умолчал, наверно берёг мою психику. Но и того, что он рассказал было достаточно, чтобы понять, что его дело – его жизнь. Виктор говорил про какие-то хитроумные схемы, способы ведения переговоров и оказания воздействия на конкурентов. И я смеялась, потому что визуализировала все его истории, но в моей голове они выглядели комичными.
Подобные беседы стали повторяться время от времени всю неделю. Что-то рассказывал он, что-то я. Правда, если бы я рассказала ему всю свою жизнь, не переплюнула бы его по насыщенности событиями.
Увидев моё окрашивание, Виктор поморщился, в то время как я была в восторге. Это было именно то, что я хотела, большая редкость, чтобы мастер настолько точно воплотил твою идею в жизнь, а девушка Олеси превзошла все мои ожидания, ведь я готовилась к тому, что что-то может не получиться.
