– Ох, детектив Мэддокс, – веселья в голосе Розалинд поубавилось, и я не знал, хороший это признак или плохой, – не запугивайте меня словно дурочку. Будь у вас хоть какие-то улики против меня, то вы уже арестовали бы, и тогда я не слушала бы ваши слезливые истории про детектива Райана.
– Верно, – сказала Кэсси, – в том-то и дело. Кроме меня, никто не знает, о чем рассказал Дэмьен. А как только узнают, вас арестуют.
– Вы мне угрожаете? Очень зря.
– Нет, я только пытаюсь… Ладно. Давайте начистоту. – Кэсси перевела дыхание. – Для обвинения в убийстве нам не нужен мотив. Дэмьен признался, у нас есть видеозапись, и этого достаточно, чтобы посадить его. Знать, почему он это сделал, никому не интересно. И, как я сказала, он мне доверяет. Если я попрошу его скрыть мотив, он так и сделает. Вы же знаете его.
– Вообще-то намного лучше, чем вы. О господи. Дэмьен.
Наверное, я распишусь в собственной тупости, но тон Розалинд снова поразил меня – в нем звучало даже не презрение, а безграничное равнодушие, словно Дэмьена для нее попросту не существовало.
– Мне нет до него дела. Он убийца, и этим все сказано. Вы правда полагаете, что ему кто-то поверит? Больше, чем мне?
– Я поверила, – сказала Кэсси.
– Ну что ж, ваши профессиональные качества это характеризует крайне скверно. У Дэмьена мозгов хватит разве что научиться шнурки завязывать, а тут он целую историю придумал, и вы поверили? По-вашему, такой, как Дэмьен, даже если захочет, способен внятно объяснить, как все произошло? Дэмьену по уму только что-то очень простое, а эта история далеко не простая.
– Мне хватит основных фактов, – торопливо сказала Кэсси, – подробностей я знать не хочу. Если я все равно никому об этом не расскажу, то чем меньше я знаю, тем лучше.
Немного помолчав и взвесив риски, Розалинд усмехнулась:
– Правда? Но вы же вроде как детектив. Разве вам не интересно узнать, что на самом деле произошло?
– Я знаю ровно столько, сколько нужно. Что бы вы мне ни рассказали, пользы от этого в любом случае не будет.
– Это я понимаю! – радостно заявила Розалинд. – Использовать это у вас не получится. Но если правда вам неприятна, вы сами и виноваты, согласны? Сами загнали себя в угол. Раз вы непорядочны, почему я должна идти у вас на поводу?
– Я… как вы и сказали, я детектив. – Кэсси заговорила громче. – Я не могу просто слушать про преступление и…
Тон Розалинд остался прежним:
– Но вам придется. Кэти была очень милой крошкой. Но потом ее занятия танцами стали привлекать внимание, и она ужасно зазналась. Эта Симона очень плохо на нее влияла. Я смотрела на это все и расстраивалась. Кто-то должен был поставить ее на место, так ведь? Ради ее же блага. Поэтому я…
– Если вы собираетесь и дальше говорить, – громко перебила ее Кэсси, – я вынуждена буду предупредить вас. В противном случае…
– Не смейте меня запугивать, детектив!
Клюнула. Прикусив костяшку пальца, Сэм напряженно смотрел в пространство.
– Поэтому я, – продолжала Розалинд, – решила показать Кэти, что в ней нет ничего особенного. Умом она определенно не отличалась. Когда я давала ей кое-что…
– Вы не обязаны ничего говорить, если сами того не хотите. – Голос Кэсси дрожал от напряжения. – Однако все сказанное вами может быть использовано в качестве доказательств.
Розалинд долго обдумывала ее слова. Я слышал, как шуршит опавшая листва у них под ногами, как свитер Кэсси трется о микрофон, как спокойно, по-домашнему воркует рядом лесная горлица. Сэм посмотрел на меня, и в сумраке фургона мне показалось, будто в его взгляде сквозит осуждение. Я подумал о его дяде и тоже не слишком дружелюбно зыркнул на Сэма.
– Все, потеряла ее. – О’Келли потянулся, расправив массивные плечи. Шея у него хрустнула. – Все из-за этого дебильного предупреждения. Когда я только начинал работать, этого дерьма не было. Дашь пару раз в морду – и они выкладывают все, что тебе надо знать. И для любого судьи этого было достаточно. Но мы все же можем попытаться раскрутить девчонку.
– Погодите, – остановил его Сэм, – она ее вернет.
– Послушайте, – Кэсси глубоко вздохнула, – насчет ваших слов, что вы обратитесь к нашему начальнику…
– Не торопитесь, – холодно перебила ее Розалинд, – мы еще не закончили.
– Закончили, – однако голос Кэсси вероломно дрогнул, – что касается Кэти, то мы закончили. Я не собираюсь безропотно выслушивать…
– Не люблю, когда мне указывают, детектив. И говорить я буду все что захочу. А вам придется слушать. Если вы опять меня перебьете, разговор окончен. Если же вы кому-нибудь перескажете содержание нашей беседы, я открою всем глаза на то, что вы за человек, и детектив Райан это подтвердит. Вам никто не поверит, и вы потеряете вашу драгоценную работу. Ясно?
Тишина. У меня снова скрутило желудок, я с трудом сглотнул.
– Вот сучка заносчивая, – ласково сказал Сэм, – ну очень заносчивая.
– Смотри не сглазь, – одернул его О’Келли. – А Мэддокс отлично работает.
– Да, – очень тихо произнесла Кэсси, – понимаю.
