В начале было воспитание полностью

Таким образом, как и в случае с Адольфом Гитлером, создается образ добрых, глубоко порядочных родителей, которым Господь или, наоборот, сатана подбросил в колыбель какого-то морального урода. Но такие монстры не падают с неба и не вырываются из ада. Если известно, как функционируют механизмы индентификации с жестоким  отцом и что такое синдром вытеснения, отщепления и проекции, как происходит перенос внутренних конфликтов своих детских лет (превративших процесс воспитания в самые настоящие репрессии) на ребенка, избранного в качестве жертвы, то тогда уже мало кого удовлетворят объяснения, которые недалеко ушли от средневековых представлений апологетов «черной педагогики». Если, кроме того, знать, что эти механизмы у отдельных индивидуумов могут быть задействованы особенно мощно и что в ряде случаев они могут просто парализовать волю человека, то тогда события в жизни так называемых «монстров» воспринимаешь как естественные последствия ситуации, сложившейся в детстве.

Прежде, чем подкрепить свои выводы примерами из жизни Барча, я хотела бы задать себе и читателям вопрос: «Почему общество отказывается прислушиваться к мнению психоаналитиков и не принимает к сведению приобретенный ими опыт?» Пауль Моор, который вырос в США и вот уже 30 лет живет в ФРГ, в начале процесса по делу Барча был просто поражен совершенно неадекватными представлениями о человеческой психике у служителей Фемиды. Моор просто не мог понять, почему они не обращают внимания на, казалось бы, совершенно очевидные вещи. Ведь он, родившийся в стране с другими традициями, сразу же заметил их. Разумеется, в зале суда также действуют незримые общественные нормы и табу, обязательные и для судей, и прокуроров, и экспертов. Ведь они тоже живут в этом обществе, возможно, воспитывались так же, как и Юрген Барч,с детства идеализировали окружающий мир, но просто нашли другие, легальные способы для избавления от скопившихся в душе отрицательных эмоций. Как же они могут обратить внимание на применение в данном конкретном случае чересчур суровых методов воспитания? Тогда рухнет вся их система. Ведь одна из основных целей «черной педагогики» — сделать так, чтобы с самого начала никто не замечал и не воспринимал страданий ребенка, и уж тем более не давал им объективной оценки. В заключениях экспертов постоянно встречается весьма характерная фраза. Оказывается, «других людей» тоже так воспитывали, тем не менее, они не стали «насильниками и серийными убийцами на сексуальной почве». Для оправдания существующей системы воспитания достаточно только постоянно подчеркивать, что через нее прошли все, а преступления совершают лишь отдельные люди.

Нет никаких объективных критериев, позволяющих оценивать детство одних, как «особенно трудное», а других, как «сравнительно благополучное». Оценка ребенком своего детства зависит от степени чувствительности, а все люди разные. Кроме того, у каждого было множество незаметных для постороннего взгляда как спасительных, так и губительных моментов.

Но зато можно изменить наши представления о последствиях всего совершенного нами. Ведь с тех пор, как мы знаем, что дальнейшее загрязнение воздуха и воды ставит под вопрос само выживание человека, охрана окружающей среды уже не воспринимается только как альтруизм или «соблюдение природоохранных норм». В результате были приняты законы, положившие конец варварскому загрязнению природы. И не потребовалось для этого никаких нравоучений, просто сработал инстинкт самосохранения.

То же самое относится и к знаниям в области психоанализа. До тех пор, пока ребенка будут рассматривать как козла отпущения, на котором всегда можно выместить свою злость, принципы «черной педагогики» будут по-прежнему применяться на практике. Мы будем и дальше поражаться росту числа психозов, неврозов и случаев наркомании среди молодежи, возмущаться, узнав о разного рода сексуальных извращениях и вспышках насилия, и в то же время молча мириться с тем, что вооруженные конфликты, во время которых гибнет множество людей, стали неотъемлемой частью жизни на нашей планете.