Максим слегка встрепенулся и, спотыкаясь, будто читая по бумажке, произнёс:
– Очень по-человечески – чуть что не так, сразу под нож.
Лишённая эмоциональной окраски фраза никого не зацепила, а сразу сгинула под столом.
Однако божество сочло нужным ответить:
– Апокалипсис – это очистка и перезагрузка системы. Человеческая история намного больше, чем вы представляете. Такие события уже случались… Пока дерево плодоносит, за ним ухаживают. Перестало – срубают и бросают в огонь. Потом сажают новое.
Барон по-прежнему молчал. Его разум ожил и сконфуженно извинился за минутную слабость.
Показалось, что все предметы в комнате – мебель, шторы, люстра – осторожно прислушиваются к разговору. Изнутри рыцарских доспехов, дрожа от возбуждения, вылезла наружу вековая пыль.
– Вам же было сказано: «Не заботьтесь о завтрашнем дне». Завтра Я наложу руку Мою на этот мир, и он мгновенно перестанет существовать. Больно не будет! Раз – и готово. – В её глазах милосердия было не больше, чем во взгляде акулы.
Теперь барон аккуратно вполз в сознание Ольги, чтобы разбудить и спровоцировать на лёгкое хулиганство.
Раньше та бы завелась с полоборота, но сейчас Ольга лишь вяло заметила:
– Цинично стирать нас, как надоевшую компьютерную игрушку.
– Не зли Господа Бога твоего. Вы – моя мысль, выдумка. Если бы персонажи книги не разрешали автору закончить ее, в библиотеке стоял бы один-единственный том.
Барон вновь мысленно подтолкнул Ольгу, она широко открыла глаза, покраснела и вдруг прикрыла веки, откинувшись спиной на кресло. Показалось, что тихо захрапела.
Где-то вдалеке вновь отчаянно завыл сигнал тревоги.
Барон почувствовал, как сердце резко качнуло волну крови и та грозным цунами промчалась по организму, покалывая кожу.
Где-то под потолком хрюкнуло, и всех окатил холодный душ. Он продолжался короткое мгновение. Только чтобы взбодрить, но не промочить насквозь. Все вскочили, ожидая полновесного водопада. Человек всегда готов к худшему. Но в данном случае потопа не случилось, лишь распахнулась дверь и вбежал секретарь:
– Не волнуйтесь. Это пожар.
– Что?!
– В смысле пожарная сигнализация. Она работает, хотя полностью отключена, как вы велели. Даже обесточена.
– Где-то горит?
– Нет. Всё в порядке. Никаких возгораний. Слава богу!
– Спасибо, – отреагировала София. – Чертовщина какая-то у вас в замке творится, барон.
– Виноват.
Механический вой захлебнулся и смолк, словно его ударили.
Селин молча поправляла причёску. Откуда-то появились махровые салфетки. Женщины принялись отряхивать платья, вытирать руки и лица. Все будто проснулись после тяжёлого сна. Обычная суета выглядела победой над колдовским наваждением.
Странно. Две тревоги подряд не могут быть случайными. Или могут? Кто-то или что-то пытается вмешаться. Вряд ли это люди. Тогда что? Если взять просто факты. Их усыпили и сразу разбудили. А может быть, не так. Сначала одна сила одурманила, а другая – спасла, вытащила из гипнотического забытья.
Вадим подошёл к окну. Похоже, ничего подозрительного не обнаружил и вернулся на место. Ольга стояла, покачиваясь и перенося вес с носков на пятки. Она раздражённо смотрела на невозмутимо сияющую Софию. Андрей принялся резво протирать стол и стулья.
Анри почувствовал, как беспричинное возбуждение охватило мозг. Энергия переполняла. Тело дрожало от нетерпения. Без тремора остался только нос. Хотелось что-то сделать, резкое и незабываемое. Например, вскочить на стол и сплясать вприсядку. Говорят, русские так часто поступают. Стоп! Это не его собственные мысли. Кто-то манипулирует его сознанием. Не стоит плясать под чужую дуду. Он полностью закрыл свой разум. О такую защиту даже носорог расшиб бы голову. Но, к удивлению, лихорадка уменьшилась лишь слегка.
Вадим нервно барабанил пальцами по столу. Ольга закончила покачиваться, и от её неподвижности стало жутковато. Может быть, их разум тоже кипятят.
Анри хлопнул в ладони и заявил:
– «Помни про обеды», – сказано в Библии. Пройдём в столовую и продолжим разговор за едой и бокалом шампанского. И ничего не говорите!
Максим слишком решительно кивнул:
– В Библии сказано «Помни про обеты», но поужинать – отличная идея. Голоден как волк.
Ольга вдруг заговорила:
– Не тупите. Мы – бараны, которых ведут на забой, по дороге угощая сеном.
Барон решительно загородил собой Софию:
– Стоп! Настоятельно прошу всех успокоиться. Сначала еда! Потом бурные эмоции.
Влез в мозг Ольги. Там бушевал яростный смерч.
«Нас всех накачивают энергией и агрессией, – понял Анри. – С одной стороны, это намного лучше, чем состояние дремоты. С другой – можно перегнуть палку и натворить невесть чего. Напасть на Бога, например. Есть мысли, которые опасно даже думать».
