- Слава Аллаху! – воскликнули мы в ответ, горя желанием поскорее пустить кровь неверным. Точнее, этого хотели окружающие меня фанатики, я же хотел поскорее пустить кровь им.
А дальше была вечерняя молитва, где я больше часа бил поклоны в сторону Мекки, как и остальные присутствующие. После сего священного деяния, ко мне подошли мой командир, местный проповедник джихада и еще какой-то офицер.
- Я вижу, твоя вера крепка! – торжественно произнес имам. – Готов ли ты проливать кровь неверных даже ценой собственной жизни?
Мне вся эта ситуация сразу не понравилась, но что делать…
- Я готов! – воскликнул я, упав на колени перед проповедником, изображая священное рвение и фанатизм. – Они все умрут во имя Аллаха!
- Встань! – довольно сказал имам, после чего обратился ко всем остальным. – Внемлите правоверные! Сей муж завтра по утру первый нанесет удар по врагам нашим! Этим он заслужит себе место в Раю, где его каждый день будут ублажать девяносто девять гурий!
После этой проникновенной речи, меня окружили со всех сторон местные террористы и начали поздравлять с такой невероятной удачей.
Когда наконец всеобщая радость немного поутихла, местный командир приказал идти за ним. В местном аналоге штаба он начал мне объяснять, где именно я должен взорваться во имя Аллаха.
- Ты все понял? – спросил он меня, отрываясь от карты местности.
- Ага. – ответил я, тоже поднимая свой взор. – Только, ты умрешь раньше.
В следующий момент я схватил, лежащий на столе нож и метнул его, не глядя, в караульного. Судя по хрипу и бульканью, попал.
Командир попытался выхватить пистолет, но пересекшись со мной взглядом, замер как истукан с ужасом во взгляде. Все-таки гипноз мощная штука, особенно в моем исполнении!
- Где Али аль Ханди? – спросил я его.
- Ххххаааа. – хрипел командир, пытаясь сопротивляться.
- Где Али аль Ханди? – повторил я, вливая в глаза демоническую энергию, а точнее ее малые остатки.
- В…Пальмире… – наконец ответил он.
- Молодец! – сказал я, в следующий момент выхватывая свой нож и вонзая его под челюсть ублюдку.
Похрипев немного, террорист рухнул на свой стол, а я же замер в предвкушении пиршества. Так уж вышло, что без Талии у меня нет притока демонической энергии, но зато я нашел неплохую замену сей полезной и необходимой вещи.
Так уж вышло, что в ИГ проверкой на вшивость была казнь. Мне и остальным новоприбывшим идиотам выдали по ножу и отправили на плац. Все было до ужаса просто: убьешь пленника – ты принят, откажешься – займешь его место. Когда я еще сомневался, мой фанатичный сосед с криком: «Аллах акбар!» перерезал своему пленному горло. Как только мертвое тело упало на землю, из него вылетел энергетический сгусток, душа, по-видимому. Немного повисев над своим телом, она начала неспешно подниматься вверх. Вот в этот момент и произошло то, что навсегда меня изменило. Я почувствовал дикий «голод», а инстинкты подтолкнули меня коснуться этого энергетического сгустка. Как только я это сделал, в меня хлынул небольшой поток энергии. Я вновь почувствовал то тепло и тот свет, что когда-то подарила мне Талия. Но поток быстро пересох… Душа же немного потускнев, улетела куда-то в небо, а мой «голод» только разыгрался. Ярость и жажда крови заслонили мой взор, и я вогнал нож в горло своей жертве, ожидая долгожданный приз.
В итоге я прикончил и тех, кто не смог убить и их жертв. Видимо поэтому меня и решили в итоге послать на теракт в качестве смертника…
Выпив часть души командира, я повернулся к мертвому часовому.
- Проклятье! – воскликнул я, когда понял, что его душа уже улетела в неизведанные дали.
Осмотревшись в кабинете, я решил немного помародерствовать. У мертвого командира я забрал глок и пачку долларов, что лежали у него в ящике. Уже собираясь уходить, я заметил висящую на стене саблю.
- Ну ка! – я вытащил ее из ножен и пальцем проверил остроту. – Неплохо!
Сняв автомат, я закинул на себя перевязь с саблей, после чего вновь повесил калаш на плече. После этого я довольно хмыкнул и вышел из кабинета, после чего направился на улицу. Тут мне больше нечего было делать, меня ждал Пальмир!
- Абдула, проснись, мы приехали! – тряс меня Ахмед.
- Что, так быстро? – спросил я его, поднимаясь с заднего сидения джипа.
- Ты спал десять часов, а я очень устал… – ответил мне Ахмед.
- Понял я. Вот твоя награда. – сказал я арабу, суя ему взятые у мертвого командира деньги.
- Да хранит тебя Аллах! – благодарно сказал Ахмед, пересчитывая купюры.
- И тебе того же. – ответил я, выходя из машины о осматривая близлежащие барханы. – А город где?
- Поднимись на холм и увидишь! – просветил меня араб. – В сам город опасно заезжать, убьют!
Молча покивав, я стал взбираться на холм, как вдруг услышал слабый скрип рации.
- Сын шакала. – сказал я, вскидывая автомат на плече и целясь в хитрого араба. Он это заметил и попытался уехать от меня на джипе, но пуля оказалась быстрее. Пробив боковое стекло, она попала Ахмеду прямо у висок, чем тут же отправила его на свидание с Аллахом.
- Сука. – зло сказал я, провожая взглядом улетающую душу. – Надеюсь, он меня хотя бы до Пальмира довез!
