Говорят — не буди лихо, пока оно тихо. Ну, что же, явившись ко мне «на порог», попутно изрядно там нагадив и принеся очень плохие вести, разумные сами напросились. Теперь выхода нет, придется становиться городским жителем, а выдержит ли Северный и магическая школа мое там присутствие — не мои проблемы. Стволы заряжены, ножи наточены, хрен стоит — держитесь, твари, иметь вас будем!
Кромешная тьма стояла в трущобах огромного города. Лишь, будто в насмешку, предсмертно мигал один–единственный фонарь. Это выше, на Верхнем и Срединном ярусе вертикального мегаполиса, жизнь кипит, и не думая останавливаться, а на Нижнем ярусе, в гетто, ночами на улицах всегда было пусто — жить все хотят. Но сегодня кое–кто там все же бродил.
Между оплавленных и искореженных корпусов флайтов и аэромобилей, пятен крови, вонючих остатков тел и расстрелянных, исписанных зловещими граффити стен, в кромешном мраке медленно брела маленькая фигурка. В темноте было непонятно, к какой расе она принадлежала, но любой обыватель с Срединного и Верхнего яруса уже бы несся наутек, несмотря на малые габариты этого тела. Однако, если бы несуществующий обыватель все же не струсил от подобного зрелища, то точно бы исправил сие недоразумение после того, как «тень» вошла в мигающий круг света.
Это был мальчик. Около пяти лет на вид.
Окровавленная, изодранная в клочья футболка, черные от крови штаны и босые ноги. Абсолютно седые волосы и пустые серые глаза. На его лице застыла маска опостылевшего безразличия, что наблюдать у ребенка довольно неуютно, на шее черные синяки в виде ладони, а в руке, в побелевших от напряжения пальцах, намертво зажата рукоять кухонного ножа с запекшейся кровью на лезвии.
Но на улице не было никого, кто бы пожелал помочь мальчику. Никто его даже не заметил… из разумных. Но ночью, в этом проклятом богами мире, в подобных Нижнему гетто темных местах, правили совсем не люди. И таких обитателей вытравить практически нереально.
В переулке зацокали об асфальт когти нескольких тварей, издалека учуявшие запах крови, жаждущие насладиться страхом и болью жертвы. Вот только их встретил не испуганный взгляд почти малыша, которого можно было ожидать увидеть.
Безмозглых облезлых псин встречали абсолютно ледяные, будто неживые, глаза уже ко всему безразличного убийцы.
-
— Значит, ты согласна? — Анна едва сдерживала вздох облегчения. Сегодня, пока что, все шло без промахов. Список в два десятка потенциальных студентов подходил к концу, остался лишь один пункт.
А ведь порой бывают проблемы: то родители на дыбы встанут, то дети магию презирают… Потом только извиняться и уходить, несолоно хлебавши, остается. А за такое Директор по головке не погладит, а стукнет чем потяжелее. Бр-р.
— Конечно, профессор Хворостовская — Девочка напротив нее прямо излучала счастье.
Конечно, этом году уже не так–то просто попасть в магические школы, как, скажем, лет десять–двадцать назад. И попасть по приглашению — это очень дорогого стоит. Как минимум, не надо платить кругленькую сумму за обучение. Еще бы все это понимали, э-эх.
Так, кто у нас последний ученик? Максим Крип, девятнадцать лет. Эм… а что это за адрес такой странный?
Анна вбила данные из списка в навигатор своего мотофлайера и принялась внимательно рассматривать карту мегаполиса на экране. Вот идет эта ниточка, идет и… выходит за территорию города? Вот это неожиданность! В наше время мало кто рискует жить за пределами городов. Ну, что же. Надо оповестить и выслушать ответ — значит, придется это сделать. Как бы страшно ни было.
Анна была невысокой, метр шестьдесят семь сантиметров ростом, складной и красивой девушкой с отчаянно рыжими, с краснотой, длинными волосами, собранными в хвост, и неестественно зелеными глазами. Если приглядеться, можно было заметить, что зрачки у нее немного иной, чем у обычных людей, формы, будто бы некий переходной этап между кошачьим и человеческим взглядом. Наследие девайса, оно бывает столь разным…
Заведя бесшумный двигатель, профессор Хворостовская, быстро набирая скорость, полетела в сторону последней точки назначения, постепенно прижимаясь небольшой грудью к рулю, спасаясь от встречных потоков воздуха, уклоняясь от слишком уж медленных аэромобилей и аэробусов. Даже спустя столько лет вождения полет захватывает дух.
Нет, все–таки этот «Рондо 201» — замечательный агрегат. Легкий, удобный в управлении, быстрый, энергии мало употребляет, в отличии от некоторых аналогов. И высоту довольно большую поддерживать способен, что немаловажно. Взять те же западные «Хичкоки» — ну прям небо и земля! Тяжелый мотофлаер, из достоинств которого можно выделить только крепость и количество брони, что для мотофлайера — бред собачий. Водитель–то защищен лишь спереди бронированным стеклом. В остальном «Хичкок» полностью проигрывает и «Рондо», и «Кавасаки», и даже «Харлеям», хотя те тоже легкими не назовешь. Не говоря уже про то, что доступны в полной мере у нас, в Северном, только «Рондо», остальные только иногда появляются, по большей части заказные.
Анна любила покататься на высокой скорости и высоте. Маленькая женская слабость, помимо магии, юбочек, косметики и секса.
