— Но зачем? - я не понимала мужчину. Для чего мне идти куда-то с ним.
— Ты когда-нибудь слышала о том, зачем лесные к вам, людям, выходят?
Я пожала плечами. Да, разное болтали. Сказками молва полнится. Но, чтобы что-то на правду похоже в тех рассказах было, это вряд ли.
— Что совсем ничего не знаешь? - усмехнулся он.
— Говорят, невест вы себе ищете да уводите их в лес. А после никто их более и не видит. Но это так, сплетни бабские.
Мужчина улыбнулся и приподнял бровь.
— Что? - выдохнула я.
— Ну, здравствуй, невеста, - со смешком произнёс он.
А я насупилась. Не любила, когда надо мной насмехаются. Всегда болезненно к этому относилась.
— Не смешно, - пробурчала я и, перевернувшись на другой бок, отвернулась от мужчины.
— Нет, абсолютно не смешно. У меня, вообще, плохо с чувством юмора. Ты отлежишься здесь, я сделаю это место более или менее пригодным для жилья. Как окрепнешь - мы уйдём домой. Моя заимка далеко отсюда. Тебе нужны будут силы.
Я промолчала. Вообще, не могла понять, что происходит. Комнату наполнил густой аромат мясного бульона. Все мысли разом покинули голову. И уже неважно: куда идти и зачем. Мой живот громко заурчал, а рот наполнился слюной. Как же я хотела есть.
Услышав позади шум, я хотела было развернуться, как вдруг меня подняли и стащили с печи.
От неожиданности я взвизгнула и вцепилась в мощные обнажённые плечи мужчины обеими руками.
— Тихо, перчинка моя, не дёргайся. У тебя всё тело — сплошной синяк.
Лесной подошёл к столу и уселся со мной на руках прямо на пол. Передо мной оказалась стоять деревянная миска с супом.
— Тут пару лет никто не жил. Но в сарае за домом осталась посуда и так кое-что по мелочи. Кушай, тебе нужно поправляться.
Взяв ложку в руку, я принялась есть. И мне сейчас было не до приличий. Главное, живот набить, пока у меня кишки не присохли друг к другу. На вкус бульон оказался таким жирным и наваристым, что я покосилась на улицу, ведь где-то же должно быть мясо.
— Что такое, перчинка? - проворковал над ушком мужчина.
— Марья, - вздохнула я. - Меня зовут Марья.
— Красивое имя. Как я уже говорил: моё имя Бьерн, - лесной развернул меня чуть боком, чтобы видеть моё лицо. - Бьерн О'Хард.
Я улыбнулась ему в ответ и сложила лодку в пустую тарелку.
— Ты долго не ела, поэтому пока хватит. Чуть позже я покормлю тебя сытным ужином.
— Но я не понимаю, зачем? - выдохнула я, хотя мысленно уже пережёвывала смачный кусок варёного мяса. И неважно от кого этот шмат, главное, чтобы сочный и с жирком.
— Затем, что ты моя, - его улыбка стала жестокой.
Склонившись, мужчина схватил меня за подбородок и заставил поднять голову. Большой палец его руки провёл по моей нижней губе и чуть оттянул её. При этом мужчина не отрывал от меня взгляда. Словно изучал.
Нагнувшись ещё ниже, он осторожно лизнул мой рот. Ощущения были столь ошеломляющие, что на мгновение я забыла, как дышать. Внизу моего живота закрутился упругий огненный ком, а панталончики между ног промокли.
И хуже всего было то, что я, кажется, ещё и его брюки намочила. В мои переживания вклинился грудной смешок. Мужская ладонь прогулялась по моему обнажённому бедру и забралась под коротенькое нижнее бельё. Шершавый палец скользнул по складочкам моего лона и собрал образовавшуюся там влагу.
Я ощутила, как краснеют от смущения мои щёки и как трудно становиться дышать. Эти ощущения совсем не походили на те, что я испытала от прикосновения сынка барина.
— Какая ты мокренькая, - шепнул мне на ухо Бьерн, его палец продолжал свою возмутительно возбуждающую ласку. - Такая маленькая девочка и такая отзывчивая. Скоро я окажусь здесь, - его палец чуть надавил на вход в мое женское лоно. - И когда я буду брать твою невинность, ты будешь стонать подо мной и звать по имени. А пока, перчинка, ты будешь спать, и набираться сил. Мне нужна крепкая жена, способная выносить моего сына.
Глава 6.1
Поев, я снова очутилась на тёплой печи, в то время как мужчина, не смущаясь, убирался, вытирая пыль и выметая сор из избы самодельной метлой. Это было так странно видеть, как лесной умеюще выполняет работу по хозяйству. Так и подмывало спросить, откуда у него такие умения. Но я упорно молчала.
— Что случилась с твоей семьёй? Почему ты в доме жила одна? - спросил он, не отрываясь от домашних дел.
— Откуда вы знаете, что нет у меня семьи? - выдохнула я.
— Ты сама мне сказала, - хмыкнул он.
— Я? - от удивления стала даже чуточку смелее.
— Ты, - отмахнулся от меня мужчина и, собрав мусор на тонкую широкую жестянку, вынес его из избы, оставив меня в задумчивости. Ничего я ему не говорила. Хмыкнув носом, утёрла его. Насморк снова усиливался.
Завалившись на бок на удобной подстилке из еловых лап, прикрыла глаза.
— Ты не ответила мне, где твоя семья? - услышала от дверей. Вопрос заставил меня встрепенуться и собраться с мыслями.
— Умерли, - вымолвила я.
— Сирота, значит? - сделал он правильные выводы.
Я кивнула. Мне сейчас было так тепло, только вот болело всё тело.
— А лет тебе сколько, перчинка?
