— За то, что ты не хочешь ночевать во дворце!
— Я родился в семье простого крестьянина, — признался Константин, глядя на огонь. Они с Фэн сидели вдвоём у костра, когда все разошлись, и веселье стихло. — Поэтому дворцы, балы и светское общество мне всегда были чужды. Хотя когда-то я мечтал оказаться среди них.
— Но когда твоя мечта сбылась, ты разочаровался, — догадалась Фэн.
— Верно, — кивнул он, вставая с бревна. Константин подошёл ближе к костру и на мгновение замолчал, наблюдая за языками пламени, которые извивались вокруг поленьев, словно танцуя. — Иногда мне просто хочется спокойной, простой жизни.
— Если тебе всё надоело, то почему ты не бросишь всё? — спросила Фэн, оставаясь сидеть, обхватив колени.
— Потому что я дал слово. Я пообещал Олегу, брату императора, что буду с Иваном до конца, — Константин сжал кулаки, и пламя в костре на мгновение вспыхнуло сильнее. — Если ты человек слова, иногда лучше ничего не обещать. Особенно себе.
Он обернулся к Фэн, и его угрюмое выражение лица сменилось лёгкой улыбкой.
— Мы всё обо мне, да обо мне. Расскажи, каково это — быть претенденткой на царский престол.
— Никакая я не наследница, — отмахнулась Фэн.
— Не лукавь. После Барса и Ирбиса идёшь ты, — настаивал Константин, подходя ближе. — Ты сама говорила, что у тебя такие же права, как у них. Мучинам свойственно умирать в битвах, а твои братья так и норовят: если не на войне, то на охоте с чудищами, — добавил он, протянув ей руки.
Фэн поднялась с места, слегка отвернувшись от его взгляда.
— Но ни этого я хочу от жизни, — сказала она тихо.
— Тогда чего? — едва слышно спросил Константин, осторожно беря её ладони. Его руки источали мягкое, согревающее тепло.
— Провести жизнь с тобой, — прошептала Фэн.
Константин застыл, поражённый её словами. Повисла неловкая пауза. Он никогда прежде не слышал ничего подобного.
— Мы так мало знакомы... — наконец признался он.
— Иногда хватает одной секунды, чтобы влюбиться, а у нас было целых два дня, — Фэн подняла взгляд и посмотрела ему прямо в глаза. В её взгляде не было ни капли сомнения.
Чародейка приподнялась на носки и поцеловала его.
— Жизнь — самый лучший драматург, — добавила она, отстранившись, её голос был тихим, но уверенным.
Сердце Константина бешено колотилось, словно пытаясь вырваться из груди. Казалось, огонь охватил всё его тело изнутри, наполняя его жаром и неугасимой страстью. Он не сказал ни слова, но его действия говорили за него. Отпустив руки Фэн, он обхватил её за талию и притянул ближе. Их губы слились в страстном поцелуе. Это было ярко, захватывающе и почти нереально.
Им не хотелось разъединяться, как будто этот миг был хрупкой ниточкой, на которой держалась сама реальность.
Рискнуть первой решилась Фэн.
— У меня появилась одна идея… — игриво прошептала она, выскользнув из его объятий. — Догоняй!
Она рванула вглубь леса, легко и бесшумно скользя между деревьями. Константин пару секунд смотрел ей вслед, но затем, словно очнувшись, бросился за ней.
Фэн двигалась всё быстрее, играя с ним, словно лесная нимфа, уклоняясь от его попыток приблизиться. Константин не отставал, чувствуя, как азарт охватывает его. Наконец он заметил впереди слабый свет, который становился всё ярче.
Добежав до источника света, он резко остановился. Из-под ног посыпалась земля — он оказался на пологом склоне, ведущем к лесному озеру.
— Не упал… — тяжело дыша, проговорил он себе под нос.
Перед ним раскинулось зеркало воды, освещённое лунным светом. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь стрекотом сверчков, шелестом лёгкого ночного ветра и мягким плеском волн, накатывающихся на песчаный берег.
В самой воде, по пояс погружённая в неё, стояла Фэн. Её спина была обращена к Константину. Она скрестила руки на груди и смотрела на большую ясную луну, повисшую над озером, и усыпанное звёздами ночное небо.
Константин, затаив дыхание, спустился вниз, вдохнув полной грудью тёплый воздух.
— Я начинаю замерзать, — игриво крикнула Фэн, не поворачиваясь к нему.
Константин усмехнулся и стал спешно снимать с себя одежду. Через минуту он уже стоял у самого края воды, ощущая, как ночная прохлада ласково касается его кожи.
Он вошёл в воду. Она оказалась удивительно тёплой. Константин медленно двинулся к Фэн, наблюдая, как её силуэт отражается в мерцающей глади озера.
Когда он почти достиг её, Фэн повернулась к нему лицом. Чародей замер, осматривая её. Её подтянутое тело, кокетливое прикрытие груди руками, лёгкий румянец на щеках — всё это завораживало.
Фэн прикусила нижнюю губу, глядя на него игривым, почти дразнящим взглядом.
Затем она медленно убрала руки и сделала шаг вперёд, вплотную приблизившись к Константину.
— Ты прекрасна… — тихо прошептал Константин, его голос почти растворился в ночной тишине.
— Ни слова, — мягко остановила его Фэн, прижав палец к его губам. Она не хотела нарушать магию этого момента.
Её руки скользнули по его сильному телу, чувствуя рельеф его мышц, грубые шрамы и следы ожогов, которые говорили о прошлом, полном испытаний.