— У меня есть разные дома, для забав, но это мое личное убежище. Время от времени я предпочитаю жить один.
— Мы одни?
Его взгляд скользнул по ее напряженному лицу, а потом спустился ниже, к ее едва прикрытой груди.
— В саду есть охрана, а днем сюда приходит женщина, экономка. Но в основном почти все время мы будем здесь одни. — Он посмотрел на ее полные губы. — Соблазнительно, не правда ли?
— Соблазнительно? Я бы так не сказала.
Последний шаг — и он встал к ней вплотную.
— Ты бы предпочла, чтобы тебя окружила орда голодных вампиров? Это можно устроить.
Она перестала дышать. Жилка на шее билась как сумасшедшая.
— Хватит.
Он погладил ее по щеке.
— Подвинься, киска.
— Что?
— Ты загораживаешь холодильник. А мне надо достать кровь.
— Ох!
Шей поспешно выскользнула из-под руки вампира, оказавшись за его спиной. Ее щеки пылали.
Вайпер вытащил контейнер с кровью и быстро его осушил. Потом начал доставать многочисленные пакеты, которые оставила экономка. Выставил их на стол и принялся проверять содержимое.
— Не знал, что ты предпочитаешь, поэтому велел экономке накупить всего понемногу. Тут есть китайские, итальянские, мексиканские блюда. И еще самая обычная жареная курица. Возьми что захочешь.
— Ты заказал все это заранее? — Ее глаза расширились от удивления, когда она осматривала гору еды на столе. — Откуда ты знал, что сможешь дать самую высокую цену на аукционе?
Вайпер осмотрел ее стройное тело с головы до пят, и ее снова охватил мучительный жар.
— Я всегда получаю что хочу. Раньше или позже.
Золотые глаза засверкали.
— Слова истинного вампира.
Он уже утолил жажду крови, но не зов плоти. Вайпер прислонился спиной к кухонному шкафчику.
— Кажется, ты ищешь повод для ссоры, киска. — Вайпер сложил руки на груди. — Почему ты ненавидишь вампиров?
Она схватила упаковку с яичным роллом.
— Они пытались выпить из меня кровь с самого моего рождения. Этого мало?
— За твоей кровью охотятся не только вампиры. Твоя ненависть, кажется, личного характера.
Воцарилось молчание — она ела яичный ролл, заедая его китайскими клецками. Вайпер молчал, терпеливо дожидаясь, пока она не решится сказать правду.
Еще один яичный ролл был съеден, и лишь тогда она, глубоко вздохнув, уставилась на него с враждебной гримасой на лице.
— Вампиры убили моего отца.
Кости Христовы. Конечно же, это объясняет такое агрессивное поведение. И ставит еще одну преграду на пути соблазна.
— Мне жаль.
Она нервно передернула плечами.
— Это было давно.
— Тебя воспитывала мать?
— Да.
— Человеческого рода?
— Да.
Она старалась сохранять невозмутимый вид.
— Она прятала тебя от мира демонов?
— Как могла.
— Тебя принимали за человека?
Не нужно было быть знатоком, чтобы правильно истолковать гневную гримасу, исказившую черты ее прекрасного лица.
— Ты спросил, почему я ненавижу вампиров. Я ответила. А теперь, может быть, поговорим о чем-нибудь другом?
Вайпер улыбнулся. У него впереди целая вечность, чтобы выведать секреты Шей.
Он собирался многое о ней узнать.
— Доедай свой обед. До рассвета мне нужно сделать несколько звонков.
Задержавшись лишь настолько, чтобы провести пальцем по ее нежной щеке, Вайпер направился в глубь дома, в маленький кабинет. Он не забыл, что кто-то строил планы выкрасть его Шалотт.
Этого нельзя допустить.
Он собирался выследить неизвестного врага и побыстрей избавиться от опасности.
Дом, выстроенный на крутом берегу могучей Миссисипи, представлял собой довольно приятное зрелище.
Подобно большинству сельских домов Среднего Запада, это было двухэтажное строение с остроконечной крышей, по всему периметру окруженное верандой. Кое-где белая краска облупилась, а водосточные трубы просели. Впрочем, это лишь добавляло сельского очарования.
На первый взгляд — простой теплый дом, как и большинство домов в округе. Путник мог надеяться здесь на гостеприимство, улыбку и горячий ужин.
Но лишь на первый взгляд.
Путник, которого злосчастная судьба привела бы к этой ферме, не встретил бы здесь радушной улыбки. А горячий ужин приготовили бы из него самого.
К счастью, дом стоял на отшибе, так что искатели чудесных видов забредали сюда редко. Местные жители давно обходили его стороной. Редко случалось, чтобы мрачное молчание нарушали какие-то иные звуки, нежели пение птиц.
Расположение дома было вовсе не случайным. Под невысокими холмами на многие мили шли пещеры. Местные слагали о них легенды. Некоторые считали, что там когда-то шла подземка. Другие рассказывали, что там было убежище Джесси Джеймса, легендарного разбойника. А кто-то заявлял, что пещеры использовались контрабандистами, которые сплавляли по реке добытые нечестным путем товары.
Разумеется, ни одна из историй не соответствовала действительности. В пещерах нашли себе пристанище демоны.
В самой глубокой из пещер тонкий изящный бес с каскадом золотых кудрей пристально всматривался в воду крошечного озерка, предназначенного для прорицаний.
Среди этих мрачных скал он казался существом из другого мира. Атласное зеленое одеяние цвета весеннего мха в тон глазам, нежные золотые листочки, вплетенные в кудрявые пряди волос, — он сиял неземной красотой.
