Она засмеялась и позволила ему подсадить ее в седло.
– Я никогда не возражаю против компании, Конрад. Просто я подумала, что буду для вас обузой…
– Ни один горец не назовет обузой верховую прогулку с хорошенькой девицей, кузина! – Конрад широко улыбнулся и вскочил на коня.
Всадники выехали из ворот замка, пересекли открытую местность и углубились в лес, где с каждого листочка свисали дрожащие, готовые вот-вот сорваться дождевые капли. Несмотря на сырость и хмурое небо над головой, в компании царило приподнятое настроение. Конрад и Фрэнсис, как всегда, подшучивали друг над другом, Дональд время от времени вставлял ворчливые замечания в их разговор.
Когда они достигли узкой полоски берега, вся группа остановилась, залюбовавшись грандиозным зрелищем: огромные мощные валы разбивались о берег, весь песок был засыпан морскими раковинами, тут и там попадались выброшенные на берег крупные камни. Энн хотелось спешиться и рассмотреть поближе принесенные морем сокровища, но Фрэнсис очень скоро отдал приказ возвращаться домой – тучи спустились еще ниже, вот-вот мог опять начаться дождь. Поеживаясь, Энн потуже завернулась в плащ, и весь маленький отряд тронулся обратно по открытой пустоши к Кеймри.
– Впереди всадники, милорд, – предупредил один из людей Фрэнсиса.
Энн удивленно подняла голову. Неужели кто-то поехал вслед за ними? Она с любопытством наблюдала за всадниками, появившимися на опушке березового леса, и вдруг резко дернула поводья, заставив лошадь остановиться. Она не верила своим глазам. Человек, ехавший впереди отряда, был не кем иным, как графом Гленкенноном!
На мгновение все застыли на пустынном, продуваемом ветрами склоне холма. Конрад, сидевший в седле рядом с ней, мрачно выругался, но Энн даже не оглянулась: она не могла отвести глаз от страшного видения, внезапно появившегося из тумана.
– Может, нам стоит попробовать обойти их стороной? – вполголоса спросил Дональд.
Фрэнсис туже натянул поводья.
– Нет. Гленкеннон со своего места может запросто нас отрезать. Если попытаемся прорваться, окажемся прижатыми к морю.
– Их восемь, а нас шестеро. Давайте атакуем их, – предложил Конрад.
Фрэнсис искоса взглянул на Энн.
– Это неразумно, Конрад. Посмотрите, граф подает знак: он желает с нами поговорить. Давайте удовлетворим его желание. Ты с нами, милая? – спросил Фрэнсис, обернувшись к Энн.
Она кивнула.
– Мне бы очень хотелось высказать моему дорогому отчиму все, что я о нем думаю.
Фрэнсис бросил на нее одобрительный взгляд и неторопливым шагом двинулся вперед, положив руку на рукоять меча. В его позе не чувствовалось напряжения, смуглое лицо казалось совершенно бесстрастным, зато Энн едва справлялась с охватившим ее отчаянием. Ведь Гленкеннон должен был находиться на расстоянии многих миль отсюда! Как же он оказался здесь? О если бы только у нее был пистолет, нож, все, что угодно!..
Когда обе группы сблизились и остановились, Гленкеннон выехал вперед. В его холодном взгляде, брошенном на Энн, отразилось недоумение.
– Вот уж не думал, что вы осмелитесь второй раз похитить мою дочь, Маклин. Впрочем, это не имеет значения. Обвинения в государственной измене вполне достаточно, чтобы вас вздернули на дыбу и четвертовали как предателя, каковым вы и являетесь.
– Только если король с этим согласится. А может, вы уже не считаете для себя необходимым интересоваться мнением Его Величества? – сухо осведомился Фрэнсис.
Тонкие губы Гленкеннона изогнулись в злобной ухмылке.
– Я обладаю всеми необходимыми полномочиями, чтобы уничтожить вас вместе с вашим разбойничьим гнездом. Но если бы мне потребовались более веские оправдания, вы только что мне их предоставили. Никто меня не осудит за то, что я освободил свою дочь из рук насильника.
Фрэнсис удивленно поднял бровь.
– Неужели до вас еще не дошла счастливая весть, милорд? Несколько дней назад Энн Маккиннон сочеталась законным браком с Фрэнсисом Маклином перед лицом церкви и в присутствии нескольких сотен свидетелей. Согласие на венчание дал двоюродный брат невесты. Он и был посаженым отцом. Э-э-э… пожалуй, мы допустили оплошность, не пригласив на свадьбу отчима невесты. Но этот брак вам не удастся удержать в секрете, Рэндалл.
Если Гленкеннон и был застигнут врасплох, ему удалось скрыть свое замешательство за снисходительно-жалостливой улыбкой.
– Энн, бедненькая моя, ты глупо поступила, сбежав к нему. Вероятно, он наплел тебе каких-то небылиц, но уверяю тебя, все это выдумки. Ты моя дочь, и твое место в Рэнли, пока я не решу иначе.
Энн бросила на него взгляд, полный ненависти, с трудом удерживая готовые сорваться с губ гневные слова. Но она решила, что лучше придержать язык, чтобы не усугубить положение Фрэнсиса.
– В чем дело? Тебе нечего сказать? – Гленкеннон сокрушенно покачал головой: – Полагаю, аннулировать ваш смехотворный брак уже поздно, но это дело поправимое: ты станешь очаровательной вдовушкой. Женщинам с твоим цветом лица очень идет черное.
