Солнце уже опускалось туда, где небо сливалось с морем, дневная духота уступила место вечерней прохладе. Пара серых цапель пролетела к берегу у него над головой. Фрэнсис залюбовался идиллической картиной, невольно спрашивая себя, как будет выглядеть этот мирный берег через несколько недель. Все-таки это страшное дело – подвигнуть людей на бунт! Он утомленно закрыл глаза. Пришлось использовать все искусство убеждения, отпущенное ему богом, чтобы объединить кланы против Гленкеннона. Некоторые присоединились к нему охотно, даже с радостью, другие дали согласие не без опаски. Многих страшило возможное обвинение в измене, но ненависть к графу была столь велика, что все в конце концов сплотились вокруг общего дела.
«Чем все это кончится? – устало подумал Фрэнсис. – Многие ли из тех, кого мне удалось убедить, останутся в живых к зиме, чтобы проклинать мое имя на веки вечные?»
– Не горюй, – раздался за его спиной знакомый голос, и Фрэнсис, оглянувшись, увидел Конрада. – Ты напрасно казнишь себя, – продолжал тот, словно прочитав его мысли. – Мы не воюем с королем, поэтому слово «измена» тут неприменимо. Мы всего-навсего объединились, чтобы всем вместе защитить себя от негодяя.
– Боюсь, что Яков Стюарт может взглянуть на это дело иначе, – возразил Фрэнсис. – Против нас двинутся его войска, они перейдут через эти холмы и вступят в бой под знаменами с королевским львом.
– Не ты начал эту войну, Фрэнсис, – заметил Конрад. – Она началась давным-давно, когда мы с тобой были еще детьми. Многие семьи по соседству пострадали от жадности Рэндалла. Ты не забыл, что мои родители были убиты, мои земли конфискованы, а мне самому пришлось бежать, чтобы спасти себе жизнь? Твой клан стоит следующим в черном списке, а следом за тобой идут Иэн Макдоннелл, Дункан Маккензи, Джейми Камерон и так далее. Гленкеннон не остановится, пока не уничтожит всех, у кого есть воля к сопротивлению. Черт побери, Фрэнсис, если не ты, то кто-нибудь другой объединил бы кланы! Рэндалла надо остановить, а для этого требуется единый фронт, не то он перебьет нас всех по одному. Если это называется изменой, значит, так тому и быть. По крайней мере мы выступим все вместе и вместе погибнем. Не станем ждать, пока нас арестуют по ложному обвинению или воткнут нож в спину где-нибудь в темноте. Ведь именно так предпочитает действовать Рэндалл!
Фрэнсис не сводил пристального взгляда с темнеющего моря.
– Я знаю, Конрад. Мы должны выступить против него. Но боже милостивый, почему он не может помереть от лихорадки или свалиться с лошади и сломать себе шею? Это намного упростило бы дело.
Конрад засмеялся и хлопнул его по плечу.
– Говорят, дьявол хранит тех, кто ему служит. Но послушай, у меня есть новости. Во вторник из Данкрейга в Рэнли отправляется большой груз золота и серебра.
– Налоговый сбор на содержание армии Гленкеннона? – догадался Фрэнсис.
– Именно. Охрана усилена, но это не армейский конвой.
– Они будут на перевале Гленгарри в среду вечером… как раз в новолуние. Я знаю, что кредиторы Гленкеннона уже наседают на него в открытую, а его солдаты вот уже несколько месяцев не получали жалованья.
Фрэнсис внезапно запрокинул голову и расхохотался. Мучившая его тоска развеялась.
– Наемники Гленкеннона всегда были паршивыми солдатами, а уж с пустыми карманами они тем более не захотят соваться к нам в горы. Бедному графу Роберту придется нелегко. Вряд ли он заставит их вступить на наши земли, а уж тем более скрестить с нами мечи. Клянусь телом Христовым, он лопнет с досады! Твои новости пришли как нельзя кстати, старина. Надо немедленно собрать людей и выступить завтра с утра.
Потеря золота стала для Гленкеннона страшным ударом. Когда Блейк сообщил ему неприятную новость, его лицо побелело, губы гневно сжались в тонкую линию.
– Кинкейда сюда, живо! Он ответит мне за эту потерю!
– Кинкейд мертв, – напрямик сообщил Блейк. – Он и еще двое погибли в засаде. Еще не меньше дюжины ранено.
Лицо Гленкеннона исказилось бешеной яростью, он вцепился в подлокотники кресла, с огромным трудом сохраняя самообладание.
– Ничего бы этого не случилось, если бы мы взяли Маклина, пока он был здесь. Я же говорил, что надо было действовать! – прошипел он сквозь зубы. – Я бы выбил у него признание в измене… Будьте вы прокляты, Блейк! Если бы не вы, он уже гнил бы в могиле!
Блейк смотрел на своего хозяина совершенно бесстрастно.
– Вы, безусловно, правы, милорд.
Гленкеннон вскочил и, гневно стиснув кулаки, начал расхаживать по комнате.
– Мне необходимо выяснить, кто предупредил Маклина. Кто знал, каким маршрутом повезут золото?
– Многие знали, – невозмутимо ответил Блейк. – Невозможно удержать подобные вещи в секрете. Кинкейд знал. Найджел Дуглас знал: ведь он сам надзирал за сбором денег. Несколько человек в доме сэра Уильяма Джонсона были в курсе дела, поскольку конвой отправился именно оттуда. Ваш сын Чарльз…
