На Серовой черное платье средней длины, оголяющее одно плечо. Я прохожусь по телу брюнетки и задерживаясь взглядом на пальчиках ног, на которых нет никакого покрытия. Естественность в наше время обескураживает и удивляет. Но мне нравится. Я давно уже для себя понял, что Кристина мне нравится, а как известно, если человек нравится, то в нем все привлекает. И вот эти пальчики, и круглые коленки, и шикарная грудь.
О боги, какая у нее грудь! Руки не распускать!
– Можно уже ужинать? Все разглядел?
Ухмыляюсь, вот по любому прочла все уже по моему голодному взгляду, я голоден, но голод мой совсем иного характера. Но к моему удивлению, Кристина смотрит на меня устало своими красивыми карамельными глазами.
– Да, давай ужинать, – отодвигаю ей стул и иду к противоположной стороне стола, – знаешь, я даже рад, что все так вышло с нашими встречами. Сейчас мне нравится больше.
Кристина отрывает взгляд от своей тарелки и ее губы растягиваются в насмешливую улыбку.
– Эрик, это просто ужин.
– Конечно, – киваю и отправляю в рот первую порцию пасты, – ты ешь давай, вкусно же.
Кристина ожидающе смотрит на меня несколько секунд, но я лишь тщательно переживаю лапшу и делаю самое невинное выражения лица.
Брюнетка прикусывает губу, прикрывая веки, и моя выдержка начинает трещать по швам. Она, ничего не делая, нарочито вызывающего или завлекающего, но ее вербалика просто кричит о том, насколько она сексуальна и порочна. А когда она нанизывает пасту на вилку и отправляет ту в рот, я готов прикусить себе язык, так как чуть не стону в голос.
Ну разве можно, просто поглощая пищу, быть настолько сексуальной? Ответ можно, если ты Кристина Серова.
Смогу ли я продержаться до конца ужина и не наброситься на эту женщину?
И куда, черт возьми, подевалась моя выдержка?
Вышла на улицу подышать свежим воздухом, видимо. Мне бы тоже не мешало охладиться, но боюсь, как только я переступлю порог этого дома, обратного пути сегодня уже может не быть, а у меня есть четкое желание продлить этот вечер. Но вот разделяет ли мои желания Кристина?
– Ты не будешь против, если я выпью бокал вина?
– А должен?
– Ну мало ли, трезвенник-язвенник.
– Где бутылка?
– В том шкафу, – указывает на высокий узкий шкаф возле панорамного окна.
Иду к шкафу, там несколько бутылок, оборачиваюсь к Серовой, ожидая определенности, на что она отмахивается.
– Неси любую, там все одинаковые. Подарок из Грузии.
Распечатав, врученным Кристиной мне, штопором бутылку красного сухого вина, разливаю по бокалам: ей чуть больше половины, себе на донышке, лишь чтобы пригубить.
Предлагаю тост:
– За нашу встречу.
– За встречу, – салютует мне бокалом и делает небольшой глоток.
Следую за ней. На мой вкус кислятина. Кристина никак не выдает своим видом недовольства напитком.
– Можно вопрос?
Кристина возвращается к пасте.
– Ты училась в строительном колледже? – та девушка была первокурсницей колледжа, и мы с парнями из Политехнического университета иногда зависали в общежитии колледжа. И именно там я встретил ее, имени которой не могу вспомнить, но которую вспомнил тогда, когда увидел Кристину.
Жду ответа, но брюнетка, не поднимая головы, что-то буркает. Не разобрал.
– Не расслышал.
– Один семестр, – наконец-то поднимает на меня свои глаза, – после перевелась в социально-педагогический.
– В каком году это было?
– Очень давно, Эрик. Я уж и не вспомню сейчас.
Темнит. Чую, что не договаривает.
– Мы встречались ранее.
– Не думаю. Я бы запомнила.
– Это еще почему?
– Твое имя. Не каждый день встречаешь мужчин с таким волевым именем.
Не убедила, но решаю пока не копаться в прошлом.
– Давно ты стала сотрудничать с администрацией и его представителями? – и это я намекаю на Кочурова.
– У меня сугубо деловые отношения со Станиславом, если ты об этом. А если в остальном, я уже несколько лет выкупаю на спонсорские деньги квартиры для нуждающихся. Погорельцы, многодетные семьи, матери-одиночки.
– У тебя есть фонд? – этой информации нет в интернете. Странно.
– Есть. Но учредитель не я, моя тетка по отцу.
– Кристина, я поражен, удивлен и восхищен. Честно не ожидал.
На что женщина лишь просто пожимает плечами и улыбается лишь уголком губ.
Завершаем ужин в приятном молчании. Понимаю, что Кристина очень устала. Сам убираю со стола, загружаю тарелки в посудомоечную машину, закупориваю бутылку и оборачиваюсь к Серовой.
Она стоит ко мне почти вплотную, от неожиданности я делаю полшага назад.
– Хотела лишь убедиться…– почти шепотом.
– В чем?
– Что ты пахнешь мужчиной.
Усмехаюсь.
– А не должен?
– Не знаю, – пожимает своим оголенным плечом, – давно не чувствовала этого аромата.
– Это «Коурос» от Ив Сен-Лорана, ну или пот в крайнем случае.
Серова мотает головой и делает шаг ко мне, и меня, как магнитом тянет навстречу, и я тоже делаю шаг вперед.
– Это не духи, и ты не пахнешь потом, – улыбается. – Ты пахнешь силой, властью, ответственностью, немного табаком.
– А ты пахнешь самой желанной женщиной! – и не мешкая ни секунды, обрушиваю свои губы на её.
Наши феромоны идеально сочетаются. Я для нее, а она для меня.
