Стихотворения и песни на русском, английском и чешском языках, написанные автором в разные годы. У каждой Родины своя природа, у каждой природы своя особая тональность… Музыка стихов в тональности Родины.
В одной тональности
живут, стареют, дышат.
Впадая в крайности,
дурного не услышат.
Стараются набыться.
Друг за друга,
Держась так крепко,
За свою услугу
пеняют жизни,
Ей же не перечат.
Ведь с высоты за ними, будто кречет
Она следит.
Но сладит ли?
Так… сладко
Разгадывать ту, жизненну загадку,
Она о том…
– Не стоит.
– Отчего же!?
– Да от того, что лучше быть не может…
Спросонья небо в розовом со сна,
Весна в его мечтах, но та далёко.
Оно одно, как прежде, одиноко,
Ему никто не крикнет: «Что ж ты, на,
Лови, как мяч, свою на век удачу.
Гляди на свет ты не смыкая век.
Ты – необыкновенный, человек.
И в счастье ты всегда неоднозначен.»
«То – к счастью?» Кто, участливый, спросил?
Вопросы лишни, отнимают время.
И ты живёшь, не покладая сил.
Перехватив удобней это бремя,
С которым ты, сроднившийся едва,
Уходишь прочь. Во след недоуменье.
Кому шагов осталось только два,
Кому – волны одной и два мгновенья.
Мгла, как много бы могла,
Если б воздух от угла
Отставал не так заметно
Незадолго и рассветно.
Гуще сумерки, и пуще
Слой тумана стынет гущей.
Леса сгорблена спина,
Влагой снизу вверх полна.
Жизни тщательная тщетность, -
Сокровенна откровенность,
Коль доступна не была б.
Жизнь давным-давно полна
Лишних пошлых обещаний.
Как ненужными вещами
Наполняя пустоту,
Мы живём не так. Не ту
Выбираем и тропинку.
Влево-вправо… Под сурдинку
Сотню подлостей свершив,
Чаши не опустошив
Доброты, -наполним ядом
Ту, что ближе. Тех, кто рядом.
Нежное кружево
Сыплется стружкою.
Мимо, как странница,
Теншится1, тянется.
Яркою звонницей
Тает, и колется
Звуками брежными.
Думы безбрежные
Топят, торопятся.
Медленно копятся
Страхи, сугробы
И всё – на живую.
Нитку. Попробуй
Обидеть. Живу я
С тем, что досталось.
И с теми, кто встречен.
С тем, что осталось.
И давит на плечи.
Украсить, как украсть.
И крадучись, проматывая действо2,
Ты уличишь себя всего лишь в паре действий,
Но одному сопутствует не страсть,
А ненависть. Простительно ли? Линий
Немного жизни. Им ли ты подстать
Кроишь лекало, то ли взято, или
Опять чужое?! Кто попросит встать
И заявить… Ты струсишь, не иначе.
И промолчишь. И, указав на дверь,
Другому, не себе, ты не заплачешь,
А будешь рад, что не тебя, проверь.
И после, рассудив, что всё проходит,
И дождь намочит всех, но не тебя
И солнце не тебе уже восходит.
Кого тогда ты станешь обвинять,
В том, что не так, как надо захотелось!?
Ты ж не нашёл на это страсти смелость.
Снежинке снег к лицу идёт.
Со снегом под руку идёт
Спокойно, с-нежно, сверху вниз.
И вот уже размяк карниз
И подоконник, а окно…
В пушистом капоре оно,
Глядится! Светел белый свет,
Покуда не растает снег…
Дым дотянулся до луны.
И там, у облака, измятым
Невнятно шепчет: "Где же мы,
И кем, откуда были взяты
Те, были? Подле них давно
Молва катится в чисто поле
И в нас неверие – одно,
А вера не одна, но вволю
Нам не дано собою быть.
Да кто ж мы?! Маяки вселенной
Кружат во всю. Умерьте прыть,
Их видом часто вдохновленны…
Вздыхаю, и в ночи, как тать,
Краду, те брызги света, чувства.
А где ж ещё их можно брать?"
На грани яви и искусства.
Игрушки мы. Игрушечные. Грусть…
Так что же? Всё равно и, – ну и пусть!
И в темноте нащупывать порог
Не так-то просто. Ты устал, промок, продрог…
Стена – на ощупь… Ты, сердясь, включаешь, свет!
Но ты один. И никого на свете нет.
А, может быть, чуть дальше, впереди?..
Но нету сил уже терпеть или идти.
Да разве так нас отлучают?.. двери скрип,
И тот, единый, долгожданный, сладкий крик:
"Я опоздал?.." и слабый чай, и тёплый хлеб.
Я человек, и как я слаб, и как нелеп…
Самоцвет аромата сгорающих дров.
Семицвет, не иначе.
Волнение прячем
В том дыхании, между мерцания слов
Искр промеж, той, улыбкой сияющей печи.
А с утра за окном будто сумерки… Свечи
Исчезают, и с вёртким своим языком,
Словно змеи. Фитиль, завернувшийся в ком,
Постепенно становится копотью. Прочим
Здесь не место.
И даже в пространстве межстрочий…
Укрыв туманом издали виденье,
Приблизив то, что подле, лишь на час,
Мы станем лучше, испытав сомненье,
И будет горше: прежде, не сейчас
Не разглядели! Гладили, гадали,
И на распутье ведали, вдали…
Одна тропинка с чьими-то следами.
Остались ли, не дальше ли прошли?
Но мим бежит от слов нелишних мимо,
Он связан тем, что видится иным.
И по-иному каждому, кто мнимо
Уходит прочь, как жизнь, тепло и дым.
Иней иначит все контуры. Канторы, торы3,
и междометий притворство и церкви притворы, -
Только всего ли у всех: долготы, расстояний,
Полюса, плюсов, молчания. Эхо – признанье?
Так ли? Во след?! Наследили, не сладили. Сладко?!
Это намёки, ответы. Так просто?! Загадка:
Иней иначит все контуры. Зимние росы,
Это надежда на то, что остались вопросы.
Утро растаяло, день, он исчезнет, похоже.
И ничего не поделать нам с этим. Но тоже
Знаем, что иней растает. Дыхания нега
Справится с тем, что сокрыто под линией снега.
