It is my dream As well as everybody.
I need advice I hit against the body.
I'm waiting many days to cross for me…
Мне невозможно собирать своих друзей
Их вроде бы и нет
Пусть это бред, о я заполненный музей
Чужих следов и бед
Мне на прощание друзья
От вздохов оставляют синяки
Они теперь не улетят
Они, увы, не улетят,
Как все мои счастливые деньки
Для тех кто ждет, и любит осень
для тех, кто горя не выносит, -
воспринимает, как свою, чужую боль…
Для тех пою!
Вернись, уменье забывать обид подвох.
Прощение врагам!
Вдруг осыпаются мечты, как зимний мох,
к застуженным ногам…
Размытый контур на стене -
тобой прикрытый свет!
Задернет небо шторы туч…
Задернет небо шторы туч?
А заслонять тебя резона нет…
Для тех кто ждет,и любит осень
Для тех,кто горя не выносит, -
Воспринимает,как свою,чужую боль…
Для тех пою!
Проходит детство, как кино проходит жизнь
давным-дано пора.
Себе самой сказать: "Уверенней держись!
Ведь все кругом – игра!"
Другим весёленькой кажись,а дома,
если хочешь – вой!
Но ни к кому не привяжись,
но ни к кому не привяжись…
подходит ли тебе расклад такой?
Для тех кто ждет,и любит осень
Для тех,кто горя не выносит, -
Воспринимает,как свою,чужую боль…
Для тех пою!
Дождь заставлял открыть окно,
Плевал в надбровие его,
Но снег, насыпав неба крошки,
Прижал морозною ладошкой
Судеб прозрачные сады -
Слюды замерзшие следы…!
Улыбок впрок не наберешь.
Коль "все равно", – конечно врешь!
Кругом свое изображенье…
Преобразить в воображеньи…
Гнетет, как каждого, меня…
Но отгрызает лень пол дня!!!
Сижу-пишу. Норд – ост далек.
В соседнем доме огонек
привлек меня совсем иначе…
А год назад смотрела б, плача…
Надежда – столь банальный крест.
Как кошка та, что мышку ест…
Прищур луны, веснушки звезд,
Мотив, как будто выдох. Мост
Вздремнул наперекор теченью,
Как кур в ощип, кусок печенья -
В остывший и горячий чай,
Туда попавший невзначай....
Манжет сюжета глуп и пуст.
Потраченный напрасно хруст
Под каблуком продрогшей ветки,
Похож на шепот табуретки…
Быть может это чушь и лесть,
Но в этом вздоре что-то есть!!!!!!!!
Дождь заставлял открыть окно,
Плевал в надбровие его,
Но снег, насыпав неба крошки,
Прижал морозною ладошкой
Судеб прозрачные сады -
Слюды замерзшие следы…!
Желаний нет, стоят, не плавясь, свечи
недалеко – в груди, в плену огня
блестят глаза твои, и нашей встречи
Течет родник с того шального дня
И пятый день душа живет отдельно
и пятый день – почти что пятый год!
болезнь любви по-прежнему смертельна
Но не для всех, выносливый народ.
Глоток души? Хмельная ласка… Глупый!
Что ты наделал? Чем теперь дышать?
Я не хочу искать чужие губы
И ничег не стану предрешать
Я потерплю. Чего терпенье стоит?
Дневная роль, слез о подушку стук.
Во мне разлука нежности удвоит.
Я жду!…твоих: печалей,бед и мук…
Землянику объели косули.
После пира косули вздремнули
На присыпанной влагой траве,
Так и всё, недоступное мне,
Очень просто, обыденно, гладко
Словно в доме, где нет беспорядка.
Если бы землянику не съели.
Если бы птицы песен не пели,
Кто б тогда, наступившему мне
На тропинку при влажной луне,
Оправданию времени дал,
А не встал и сказал:" Я устал…"
Землянику объели косули.
После пира косули вздремнули
На присыпанной влагой траве,
Так и всё, недоступное мне,
Очень просто, обыденно, гладко
Словно в доме, где нет беспорядка.
Июль 2001, Кордон Каверинский
Побелило Луну и закрасило.
Обломало все ветки у ясеня.
Заморозило реку и озеро,
Снег засыпал, что осенью бросило.
Поле белое, ровное, чистое.
Солнце яркое, спелое, близкое.
Дни же яблоком – мнутся и катятся,
А уйдёшь, так никто не спохватится.
Расставания бремя и жалоба.
Лёгкий шторм и наклонная палуба.
Кто уходит, обратно не просится,
Всё проходит и ветром уносится.
Ночь глубокая, зыбкая, зябкая.
Жизнь красивая, милая, всякая.
Что забыто совсем – не забудется,
Что задумано – будет и сбудется
Побелило Луну и закрасило.
Обломало все ветки у ясеня.
Заморозило реку и озеро,
Снег засыпал, что осенью бросило.
Итак, мне писать незачем и жить не о чем мне
И плакать плечу не по чем, и живу огня вне.
Мне тебя вымудрить бы, и забыть.
На дельфине, на белом, к белой ночи уплыть.
Я иду простыней улицы и проспектом луны.
Все тут, кроме меня, – умницы.
Вместо мошек – слоны.
Отвергая других – бабочкой быть.
Ядом гусениц – спесь.
Взвесь плохое свое, о котором забыть,
Так же трудно, как спеть.
От ладошки ветров мне бы не ускользнуть
и от мыла волны
Мне бы только сказать:
"Будь любым, только будь!
Мы друг другом больны!"
Не обидно, что ты весел,
но – черств
для моих бед…
Мне обидно, что ты есть. И тебя – нет…
Мой сорвался вояж. Мысли – сон, сны – мираж. Рифма зла и проста.
Мне б уткнуться в плечо, но актерский кураж – словно в воду с моста.
Мне бы пепел своих ветреных чувств
и твоих взвесь
Отмести и услышать: "Ну все! Я – здесь…"
Итак, мне писать не на чем и жить не о чем мне
И плакать плечу незачем, и живу огня вне.
Мне тебя вымудрить бы, и забыть.
На дельфине, на белом, к белой ночи уплыть.
Сутулят небо хлопья облаков,
И, начертив пощёчины движенья,
У города взлетел и был таков
