– Эй, тетя, ты знаешь, сколько стоит этот байк? – спросил рыжебородый мужик в немецкой каске, весь затянутый в черную кожу.
По возрасту, он и сам годился мне в дяди.
– Знаю. Примерно пятнадцать тысяч зеленых, плюс-минус, в зависимости от комплектации. – И выдала краткую техническую характеристику машины с кратким экскурсом в историю создания данной модели фирмой «Ямаха».
Наступила короткая тишина. Потом Рыжебородый повернулся и крикнул в толпу: – Хелен, к тебе пришли. Поговори с человеком.
Худенькая девчушка с банданой на голове отделилась от толпы и нерешительно направилась ко мне. Я улыбнулась.
– Здравствуй. Меня зовут Матильда. Можно поговорить с тобой?
Она кивнула. Мы отошли вглубь двора и уселись на скамейку. Как с ней говорить? Понятия не имею. Эти дети такие сложные! Я достала сигареты и протянула ей. Мы закурили.
– Вы из милиции? – спросила девчушка нахохлясь.
– А что похожа? – засмеялась я.
– Ко мне уже приходили. Два раза.
– И что? – поинтересовалась я.
– Ничего. Отшили их парни.
– А одни и те же приходили или как?
– Разные. На бандитов похожи.
– И первые и вторые?
– Ага.
– А документы показывали?
– Не знаю, я не видела. Говорю же, с Гришей не очень-то поспоришь.
Да уж, согласилась я про себя, штандартенфюрер Гриша впечатлял.
– А вам чего?
– Я работала с твоим отцом, – вздохнула я. – А у нас теперь деньги пропали, а ко мне бандиты приходили, еле убежала… И что мне теперь делать, не знаю, убьют ведь. Думала, ты поможешь.
– А я причем? – удивилась Ленка.
– Сергей Петрович мне сообщение оставил на автоответчике: «Поможет Великий Мумрик». Ребус какой-то, только я не понимаю. Может, ты знаешь?
– А что вас и, правда, могут, как и папу?
– Могут, – вздохнула я, – еще как.
– Не ребус это, – помолчав немного, сказала Ленка, открывая рюкзак и доставая оттуда старенького плюшевого мишку. – Вот это и есть Великий Мумрик. Мы так в детстве играли. Записки в него прятали.
– Ты его всегда с собой носишь?
– Нет. Мы уже давно так не играем… не играли. Я последнее время и дома-то не ночую. Так, Вике, сестре звоню, чтобы знали, что живая. Она мне про папу и сказала… Я тогда домой пробралась и Мумрика забрала… – Лена беззвучно заплакала.
Я обняла ее, совершенно не представляя, как надо утешать плачущего подростка.
– Ты мотоцикл хотела, да? – гладила я ее по голове. – Знаешь, я тоже мотоциклы обожаю. У меня до сих пор «Хонда» в гараже стоит, отцовская. Она, правда, старая совсем и немного неисправна, но если хочешь, я ее тебе отдам.
– Правда? – спросила она сквозь слезы. – Совсем, совсем отдадите? Без денег?
– Ну конечно, – уверила я, – парни его тебе починят, всяких прибамбасов навертят, будет гонять не хуже «Ямахи».
– А когда? – она почти перестала плакать.
– Хоть сейчас. Я охране ключи оставлю от гаража и техпаспорт.
– А нас не попрут? – засомневалась Ленка.
– Не попрут. Там сторож такой дядя Слава, а второй Василий, просто Василий. Они меня хорошо знают. Ты им привет от меня передашь и все. А я их предупрежу. Поняла?
– Ага. А Мумрика смотреть будете?
– Зачем? Ах, да, – Я опять забыла о цели визита.
На спинке у медвежонка была вшита молния.
– Это папа пришил, сам. Чтобы было, куда записки прятать, – она опять потянулась за сигаретой.
Расстегнув молнию, я засунула туда палец. Ого, вот и ключик золотой. Только где же дверца?
– Ты такой видела? – спросила я, рассматривая ключ. Маленький, как от почтового ящика.
– На наш похож, – она достала ключи из кармана. Ключ оказался тем же самым.
– Я возьму, не возражаешь? Если кто будет про меня спрашивать…
– Не скажу ничего, понятное дело…
– Наоборот, все рассказывай и как можно быстрее. Ладно?
– Ладно. А зачем?
– Так надо, – заверила я. Не хватало еще, чтобы девчонку пытать начали, не дай бог. – Вот мой телефон. Звони если что. И домой сходи, – попросила я, – маме сейчас так тяжело ей поддержка нужна. Хорошо?
– Хорошо, – буркнула Лена и насупилась, но потом взглянула на бумажку с адресом и повеселела. – А вы не передумаете?
– Нет, конечно. Позвони мне потом, документы оформим – будешь полноправной хозяйкой.
– Ура! – крикнула она и бросилась к парням, неодобрительно косившимся в нашу сторону.
Я подошла следом.
– До свидания, Лена. До свидания, мальчики, – улыбнулась я парням. – До свидания, Гриша, – отвесила я поклон рыжебородому.
– До свидания, тетя, – заржал Гриша и оглушительно бибикнул.
***
– Ну как? – Вилька оторвала глаза от газеты.
Я показала ей ключ.
– И что?
– Не знаю. Ключ от почтового ящика Николаева. Вряд ли у семьи было время проверять почту, не до того им. Имеет смысл проверить ящик. Хотя…
– Класс, – восхитилась Вилька. – Считай деньги в кармане. Может, ну их всех? Рванем в бега?
– Николаев сказал «поможет», значит, там просто информация, письмо или еще что. Поехали.
Пришлось вернуться на Петроградскую сторону к дому Сергея Петровича. Я зашла в подъезд, открыла ящик, вытащила кипу газет, да все вытащила, что там было, и мы быстренько отвалили.
– Ну, что есть там что интересное? – полюбопытствовала Вилька.
– Не-а, – разочаровала я ее. – Газеты, реклама. Ничего.
– Может, до нас вытащили? Жена, например, или дочь?
