В огне полностью

–  То есть эти люди проходят психологическое тестирование?

–  Да.

–  Как часто?

–  Предполагаем из худшего – раз в несколько дней. Возможно даже, этот человек будет вынужден пройти тестирование после нашего вмешательства. Если следы вмешательства заметят, план будет сорван.

–  Как интересно… Вы задаете мне задачу, которую я не могу отказаться решать, хотя бы из чувства профессиональной гордости.

Сэр Джеффри улыбнулся:

–  На это и рассчитано, сэр. Я тоже кое-что понимаю в психотехнике.

–  Да, да… Хорошо. Тогда я прежде всего попробую поставить себя на место психотестера с противоположной стороны. У него есть ограничения?

–  Какого рода?

–  Например – на количество исходного материала.

–  Нет. Выбор предельно широк.

–  Интересно… на схему тестирования?

–  Любые законные методы, включая полиграф, тест Роршаха и все остальное.

–  Интересно, интересно… Тогда бы я прежде всего обратил внимание на людей с сангвиническим типом характера. В них присутствуют эмоции, но их в меру, не чересчур много. Они деятельны в отличие от меланхоликов и сначала думают и только потом делают в отличие от холериков. Это охрана?

–  Простите?

–  Люди, которых мы тестируем, – это охрана?

–  Да. Плюс кое-какие категории обслуги – например, экипаж личного самолета.

–  Пилоты… Это еще интереснее, они проходят предполетный контроль. Значит, проблема, которую мы создадим, должна нарастать лавинообразно. Очень интересно. Ищите сангвиников, сэр Джеффри, других не будет. Идеально – сангвиников с холерическими чертами. Мой человек просмотрит их, а потом мы сделаем окончательный выбор и начнем работать уже целенаправленно.

…Когда это все началось? В Крыму? В Сочи? В Константинополе? Или в Гельсингфорсе, куда он, дурак, отправил ее на отдых.

– К лучшему другу, бля!

Он даже сам не заметил, как произнес это вслух. Понял только тогда, когда увидел, что на него смотрят. Опустил голову – забудут.

Черт… как хочется выпить… Но нельзя.

Интересно, этот ублюдок кому-то разболтал? Может, кто-то из тех, кто сейчас смотрел на него – смотрел со скрытым злорадством: что, мол, получил модный мужской аксессуар наступающего осеннего сезона?

Ветвистые рога!

Правду говорят, что поздняя любовь – самая крепкая. Не говорят только – насколько крепкая.

Они познакомились в Крыму, и произошло это совершенно случайно. Потом он долго вспоминал тот день. По условиям трудового контракта с авиакомпанией – он был тогда главным летчиком-инструктором в одной из авиакомпаний страны, его еще не пригласили в ОАЧ – ему полагался двадцатиоднодневный оплачиваемый тур за счет авиакомпании в любой дом отдыха в пределах Российской империи. На сей раз он выбрал Крым – в Гельсингфорсе, в шхерах, отдыхать и ловить рыбу надоело, в Одессе было слишком много отдыхающих, а в Константинополь с наступлением лета перебирался весь двор, и об отдыхе в этом городе можно было забыть. А Крым – с одной стороны – Черное море, недалеко Одесса, куда можно заехать на прогулочном теплоходике, с другой стороны – несмотря на обилие вилл и имений, на берегу есть еще места, где не ступала нога человека.