В огне полностью

–  Великолепная работа…

Сэр Джеффри медленно перебирал фотографии, каждая из которых сделала бы журналу честь, украсив собой разворот «Плейбоя» или «Пентхауса». Хотя нет, за такие фотографии их бы закрыли. Слишком жестко, скорее это для подпольно выпускаемых журнальчиков, которые продают завернутыми в целлофан, чтобы не листали, не купив.

–  Где это?

–  Это Гельсингфорс. Шхеры. Легенда проработана, и он, и она могли быть там в это время.

Сэр Джеффри подозрительно уставился на своего подчиненного:

–  Могли быть или были, Том? Это очень важно.

–  Она точно была. Он был в самом Гельсингфорсе, но никогда не признается в этом.

–  Почему?

–  Знаете, сэр… Был такой фильм «Дорога на эшафот». Преступник идеально продумал убийство, совершил его, и оно так и осталось нераскрытым. Но волею судьбы он был обвинен в другом убийстве – и не мог опровергнуть обвинение, поскольку в момент его совершения он совершал другое убийство, не то, в котором его обвинили. Так его и казнили – за то, что он не совершал, за то же убийство, которое он на самом деле совершил, он ушел от наказания. Примерно так и в этом случае, сэр.

–  Все будет нормально, сэр… – подал голос сидевший на краю стола и раскуривающий кубинскую сигару доктор. – Степень достоверности достаточная.

–  Достаточная? – Сэр Джеффри снова смотрел на подчиненного.

–  Да, сэр. Кудесники из Кронкайт-Хауса потрудились на славу. Достаточно сказать, что над этой фотографией поработал «большой мальчик». Все перебирали по пикселям, сверяли наслоения. Чтобы различить подделку, работа должна быть проделана титаническая. Тем более, по легенде, снимки сделаны цифровой, а не пленочной камерой.

–  Он не будет это проверять, – снова подал голос доктор.

–  Хорошо. Доктор, как лучше вручить нашему фигуранту эти произведения искусства?

–  Анонимно. Анонимно, сэр. И обязательно так, чтобы его очаровательная супруга в этот момент не была рядом с ним. Злоба не должна расплескиваться. Она должна копиться, да, сэр, и чем больше ее накопится, тем лучше.

Иногда сэр Джеффри хотел увидеть, как доброго доктора бросают на сковородку с раскаленным маслом, и он корчится там, поджариваемый заживо. Как бы то ни было, сэр Джеффри был священником, верил в Господа и в возмездие. Он также верил в то, что есть Сатана, и его посланцы ходят по Земле. И он был достаточно умен, чтобы понять: слуга Сатаны – это не «убийца из вересковых пустошей», который изнасиловал и растерзал несколько девочек на севере и которого задержали неделю назад. Слуга Сатаны – это добрый доктор, ловец человеческих душ, конструктор безумия, копающийся в мозгах людей. То, что он был на их стороне, ничего не меняло, он с той же долей вероятности мог бы оказаться и на противоположной стороне, если бы, к примеру, русские построили ему клинику и поставляли бы подопытный материал. Сатане все равно, где творить зло…

–  А если он, к примеру… просто грохнет фигуранта номер два, и все?

–  Это возможно, сэр. В таком случае мы должны убрать фигуранта номер два со сцены до самой ее кульминации.

–  И как же мы это сделаем? – мрачно спросил сэр Джеффри.