Нѣкоторымъ представителямъ русской промышленности и торговли пришлось, эмигрировавъ за-границу, поступить на службу въ торгово-промышленныя предпріятія или банки, работа въ которыхъ можетъ также явиться хорошей школой. Для другихъ, болѣе многочисленныхъ представителей русскаго дѣлового міра, такой школой явилось самостоятельное веденіе операцій, сведшееся, въ большинствѣ случаевъ, къ потерѣ небольшихъ запасовъ наличной валюты на рынкахъ Константинополя, Парижа и Лондона.
Вдумчивый русскій коммерсантъ или заводчикъ теперь уже воочію убѣдился во вредѣ распыленности, въ необходимости всегда и во всемъ сообразоваться съ духомъ и потребностями времени. Теперь и не учившемуся въ антверпенской коммерческой академіи ясно, что недостаточно однихъ патріотическихъ добрыхъ намѣреній, что русскій торгово-промышленный классъ сможетъ, послѣ большевизма, сыграть подобающую творческую роль только, если онъ научится хотѣть, скинетъ съ себя маниловщину и неврастеническую растерянность. Возстановленіе русской промышленности и торговли будетъ невозможно безъ широкаго и активнаго участія иностраннаго капитала, нѣкоторые въ этомъ отношеніи подготовительные шаги уже предпринимаются, но выгодное для обѣихъ сторонъ сотрудничество съ иностраннымъ капиталомъ возможно будетъ только въ случаѣ, если русскіе купцы и промышленники будутъ въ достаточной степени вооружены знаніями и современнымъ дѣловымъ опытомъ.
Большая работа предстоитъ и въ смыслѣ оздоровленія моральной атмосферы въ предпринимательской средъ, освобожденіе ея отъ чуждыхъ элементовъ, столько повредившихъ во время революціи. Опытъ революціи также подсказалъ, что жизненно необходимо самое широкое участіе во всевозможныхъ выборахъ въ представительныя и законодательныя учрежденія, отъ участія въ каковыхъ выборахъ такъ часто и столь безпечно обыкновенно уклонялись наши купцы и промышленники, оставляя тѣмъ самымъ свободное поле для дѣятельности разрушительныхъ элементовъ. А въ самыя представительныя и законодательныя учрежденія надлежитъ посылать не столько людей, только формально связанныхъ съ торговлей или промышленностью, но подлинныхъ ея работниковъ, имѣющихъ достаточный размахъ, опытъ и спеціальныя познанія.
Нужно отдать справедливость руководящимъ торгово-промышленнымъ кругамъ, въ нихъ очень быстро были подавлены попытки къ соглашательству съ большевиками. Какъ только начала въ концѣ 1919 г. и въ началѣ 1920 г. всходить звѣзда Красина, раздавались въ эмигрантскихъ торгово-промышленныхъ кругахъ и организаціяхъ Лондона и Парижа голоса о необходимости торговыхъ сношеній съ совѣтской властью, но скоро этого рода голоса умолкли и на смѣну имъ пришли голоса непримиримыхъ враговъ большевизма. Брезгливое отвращеніе къ растлителямъ родины и граждански-стойкое нежеланіе якшаться съ коммунистическими агентами сочетались при этомъ съ практическимъ чутьемъ, предсказывавшимъ, что все равно ничего не можетъ выйти изъ товарообмѣна или полученія концессій въ странѣ, строй которой былъ созданъ на сознательномъ разрушеніи торговли и промышленности. Рядъ протестовъ и резолюцій ясно опредѣлилъ отрицательное отношеніе къ разговорамъ о возможности дѣловыхъ сношеній со взломщиками сейфовъ и продавцами краденнаго золота. Только единичные представители русской буржуазіи согласились прямо пли косвенно вступить въ торговыя сношенія съ Красинымъ, причемъ къ чести русскаго торгово-промышленнаго класса надо отмѣтить, что этими «купцами», по большей части, были «скоробогачи», nouvaux riches — «наворишки», какъ говорятъ въ Совроссіи — «наживатели» (profiteurs). Съ этимъ слоемъ новоявленной буржуазіи, лишенной какой бы то ни было морали, традицій и культуры, придется еще не мало имѣть заботъ и хлопотъ подлинному купечеству и настоящимъ заводчикамъ.
