Распыленную почву первые капли дождя покрывают водонепроницаемой мокрой пленкой. Могучая сила поверхностного натяжения не впускает в почву новые порции воды. А слабосильная сила тяжести, которой должно продавить воду сквозь пленку, играет и нашим, и вашим – и пытается продавить воду, и стягивает ее в низины. Что касается популярных в среде агрономов слов «закрытие влаги», то это какое-то детское недоразумение: измельченная почва быстро слеживается, восстанавливается работа капилляров, и с голой почвы улетит в небо куда больше влаги, чем до пахоты, когда почва была притрушена прошлогодней органикой. Но «ля-ля-ля» про «закрытие влаги» пахотой звучит даже в учебниках.
Семена нуждаются не в мягком, а плотном ложе. Корешок, выглянувший из семени, должен как бы ввинтиться в ложе, чтобы быть окруженным землей. Корням рассады тоже не к лицу висеть в воздухе – они должны быть окружены плотной почвой.
Культиватор и борона уничтожают сорняки. Это правда. Но – лишь взошедшие. Взамен они, поднимая почву с глубины более 5 см, вздымают наверх уйму новых семян, и беды лишь усугубляются.
Если весновспашка препятствует поступлению новой влаги сравнительно короткое время, то зябь делает это в течение долгого межсезонья и обезвоживает почву сильнее весновспашки.
Но самое опасное – обнадежить себя утверждением, что зяблевая вспашка уничтожает вредителей. Любопытно, что это правда. Но уж очень маленькая. Вместе с вредителями несет урон и полезная живность. И даже весы не нужны, чтобы сопоставить пользу от уничтожения вредителей и вред от урона друзьям огородника. В самом деле, если личинка полезного насекомого, пока превратится в имаго-насекомое, съедает, скажем, тысячу личинок вредителя, то 1000 – это и есть поправочный коэффициент, который надо учесть при оценке «дезинсекционных» заслуг пахоты.
Это надо понимать так: если вследствие «дезинсекции» плугом погибло одно вредное и одно полезное насекомое, то фактически итогом акции является спасение тысячи врагов. Именно «успехам» дезинсекции – от ДДТ, распылявшегося сельхозавиацией, до пахоты – обязаны мы нынешнему засилью деструктивных насекомых.
Нагляден пример летучих мышей, которых поголовно истребляли «шлейфы» ДДТ за самолетами сельхозавиации. Этим летуньям от «шлейфов» доставалось первым, поскольку домами для них являются высокие деревья, сараи, амбары, чердаки, конюшни, столбы изгороди, пещеры. Прожорливость летучей мыши невообразима. Одна летучая мышь может поймать за ночь до 3000 насекомых – жуков, ночных бабочек, совок, молей, мух, кузнечиков, сверчков… За лето – около полумиллиона. Вот это и есть поправка, которую надо учитывать при оценке тотального средства борьбы якобы с вредителями.
Есть убедительное, масштабное свидетельство того, что почва может прекрасно жить и родить без глубокого рыхления – нива фирмы «Агроэкология», о которой шла речь во введении. Уже почти полвека поля фирмы не знают пахоты, а показатели растут и растут, а затраты падают и падают. На рисунке 52 – бессменный руководитель «Агроэкологии» Герой Украины и Герой Социалистического Труда С. С. Антонец у орудий беспахотной обработки почвы с членами Полтавского клуба органического земледелия. Крайний справа – основатель полтавской сети клубов канд. с.-х. наук С. В. Пономаренко.
Пример медлительной жабы, погибающей при взмете зяби, не так выразителен. Она за лето может уничтожить «всего» 10–20 тысяч вредителей. Но именно 10–20 лишними вредителями платит пашня за каждую уничтоженную жабу. Правда, смешно (сквозь слезы)? Агрономы бубнят о том, что зяблевая вспашка «закрывает влагу и убивает вредителей», в то время как более эффективное средство иссушения почвы и размножения вредителей надо было бы искать днем с огнем.
Глава и впрямь оказалась короткой. В самом деле, если в Природе ничего похожего на механическое рыхление отродясь не было, то что о нем лясы точить?
Уже вторую сотню лет, со времен выдвинутой Либихом теории минерального питания растений, идет необъявленная битва урожая с едой. Пока перевес явно на стороне урожая. В тарелку есть что класть – есть нечего. Урожаи-то растут, а еды становится все меньше. Еще два десятка лет у меня «текли слезы» из сочувствия к американцам, тарелки которых заполнялись не едой, а урожаем. В Болгарии и Венгрии (в то время) хозяйкой на столах была еще еда. К сожалению, теперь и у болгар, и у мадьяр еда осталась практически лишь в памяти туристов.
Урожайная пошесть добралась и до Украины – и душеньку теперь можно отвести лишь в своем огороде. Скоро вступит в силу закон, по которому законным на прилавках будет только промышленное мясо и сало с боен. А за продажу на базаре сала с выращенного в своем подворье поросенка можно будет и загреметь.
Вот невычитанная ситуация. Около 10 лет назад провел у нас лето 12-летний американский внук Даниил. По возвращении домой внук признался маме, что больше всего у нас его поразили яйца. Они… пахнут!
